Выход Силой

Были уничтожены – попросту вырезаны до последнего существа – целые колонии нисси, источники лишились хранителей – магических зверей, а цены на, должным образом обработанные, лечебные растения взлетели до небес. И тогда в колыбель цивилизации пришли болезни.

Да-да-да, мы все теперь знаем, что эпидемии вызываются болезнетворными вирусами или бактериями. В прежние времена вину сваливали на Богов. Пытались гадать – кара это небесная за какие-то проступки людей или происки обитателей нижних миров. И никогда, ни единого раза во всей Истории человечества не получали с Неба вразумительные ответы.

Кто знает, быть может, Боги тут и не причем, и правы высоколобые ученые. Но ведь, откуда-то эти болезнетворные микроорганизмы берутся?

Так или иначе, спорить не стану. Но тогда, в четвертом веке от основания Вечного Города, и как бы парадоксально это не звучало: эпидемии принесли людям пользу. На обезлюдевшие города не позарились их менее цивилизованные соседи.

Гипотеза Эратосфена, словно круговые волны от брошенного в спокойные воды камня, разошлась по миру.

И победное шествие пиршества Смерти остановилось только в тех местах, где люди еще не научились сомневаться в могуществе Богов. Там, где вера была слепа, а высшие силы всесильны. Но и того, что успела натворить открытая слишком рано шкатулка Пандоры, оказалось достаточно, чтоб заново перекроить политическую карту присредиземья. И именно на этой, пахнущей болью и кровью, волне взошла звезда Вечного Рима. Города, на полторы тысячи лет, ставшего мировым гегемоном.

Свойства серебра накапливать и хранить Силу, знали и раньше. И до города-на-холмах из благородного металла изготавливали магические артефакты. Теперь уже никто не скажет имя того человека, кто первым догадался инициировать одаренного с помощью заключенной в аргентуме силы. Однако ничуть не сомневаюсь, он заслуживает статую в полный рост из волшебного материала на каждой главной площади всех без исключений мировых столиц.

Ибо именно этот опыт, а не эпидемии, или упадок наук, остановил кровавое безумие.

Чуть больше двух пудов серебра. Тридцать четыре килограмма в галльской системе весов. Именно столько насчитывалось в греческом таланте. И именно столько нужно наполненного силой серебра, чтоб Боги услышали взывания страждущего личного могущества человека. Не мудрено, что со временем о мере веса забыли, и саму одаренность стали называть талантом.