Выход Силой

- Мальчик… - оскалился гордый сын заросших черной тайгой сопок, и привстал, будто бы собирался напасть.

- Мальчик, - кивнул я, даже не подумав пошевелиться. Уж кого-кого, а этого человека я совершенно не боялся. – Но этот мальчик – господин твоего отца. Сколько у тебя братьев?

- Шесть.

Я радостно улыбнулся и продемонстрировал курьеру открытую ладонь.

- Шесть, - ладонь сложилась в кулак. А потом, из кулака высвободился указательный палец. – А титул шана – один. Я достаточно понятно намекаю, или ты все еще сомневаешься в моем праве приказывать?

Мужчина надолго замолчал.

И он, и я знали тысячелетнюю историю взаимоотношений наших родов. Как и то, что не раз и даже не два, мои предки отказывались принимать вассальную клятву у назначенного зайсаном, но неугодного нашей семье наследника - шана. А так же о том, чем закончился… ну назовем это – бунт, одного из таких шанов.

- Прости… Простите, господин, - сделал нас собой усилие Шелтран. – Не отправляйте меня назад. Я клянусь верно служить вам.

- Чем клянешься? Покровительством Небесной Волчицы?

Род Ашин ведет свою родословную от божественной Волчицы, верного стража девятого неба, и первого воина дружины Бога-Создателя Ульгеня. Они считают, что именно покровительство божественного предка позволило семье пережить века, оставаясь правителями живущего к востоку от Алтая народа.

- Да, - продавил сквозь зубы парень. – Клянусь покровительством Волчицы, верно служить вам.

- Хорошо, - кивнул я. – Теперь давай, наконец, начнем вести себя, как старые знакомые, пришедшие попить чай с пирожными в кафе.

И кстати… Есть первое задание.

- Какое же? И как мне к вам обращаться… здесь, в кафе.

- Обращайся по имени, как же еще. Раньше делать это тебя ничто не смущало.

О, да! Мы с этим парнем знаем друг друга давно. И знакомство наше началось с того, что этот негодяй расквасил мне нос. Было больно и обидно – он был старше и сильнее. Единственное, что мне оставалось, это схватить какую-то палку, и приняться, в ярости, дубасить злого гостя.

- Запомни, маленький Ашин, - сказал наш воевода, когда нас с Шелтраном все-таки растащили. – Летовы, получая удар, всегда отвечают вдвойне. Но и за дружбу тоже вдвойне воздают.

Признаться, это было вообще мое самое первое осознанное воспоминание. Сколько лет мне тогда было? Четыре? Пять? Но именно с того момента запомнил – я Летов. А этот, весь в кровавых соплях, старший мальчик – Ашин. И я – Летов, главнее его – Ашина.