Сто одна жизнь. Пешка.

И совершенно не ведали о том, что творится на другой стороне их тихой заводи и за лесом, что пересекала эта самая дорога, перед которой я и сидел на камне.

Ну и в- третьих: чего хотела от меня богиня? Она говорила какими-то намеками, или я ее совершенно не понял. Как бы то ни было, сейчас у меня на плече висела сумка, а в сумке лежал нож, стальная пластинка, видимо служившая деньгами, и резная шкатулка с солью. За каким чертом мне нужна соль я так и не понимал. Но на язык ее попробовал. Соль как соль, ничего не обычного.

Есть еще и, в-четвертых: что делать мне дальше? И если первые три пункта в ответах нуждались не сильно, то четвертый пункт требовал немедленного решения.

Вот об этом я и думал, сидя на камне, глядя на пыльную дорогу и грея спину на солнце.

Я не хотел покидать гостеприимную деревню оливковокожих людей, но старик, бывший у них главным, ровно три дня спустя просто выставил меня прочь. Не помогли ни мои просьбы, ни заступничество Плаи. Он не стал ничего и никого слушать. И я го понимал: чего ему слушать меня, кто я для него, просто очередной бездушный, который попал сюда черт его знает, как и черт его знает зачем.

А Плая, ну что ж тут поделать не доросла она еще до момента, когда сможет говорить имеющему власть, что и как ему делать. Да и не дорастет, не то время и не то место, вот родись она у нас в мире, могла бы сделать карьеру почище Матери Терезы. А здесь, в крохотной деревне, среди людей, отчаянно пытающихся выжить — нет.

Я потянулся, хрустнул шейными позвонками, встал, размял ноги, взглянул на дорогу.

Так, и куда мне идти? Направо? Или налево? Я помню, в сказках всегда есть указатель: направо пойдешь — к чертям попадешь, налево пойдешь — к теще придешь, а прямо пойдешь — золото найдешь. Хорошо бы выбрать последний вариант, но дорого была прямая и пыльная, ни развилки, ни указателя.

Я вздохнул и сел на камень. Надо бы посмотреть, что еще дала мне богиня. Соль я пробовал, надо бы опробовать и остальное. Я сунул руку в сумку. Так, нож, самый обычный кухонный, такими мама на кухне рыбу разделывала.

Ножны красивые, кожаные с камушками. Правда, камушки обычные, не драгоценные. Я положил нож на камень и извлек следующий предмет. Деревянная коробочка с солью. В сторону. С солью будем разбираться позже. Дальше.

Пальцы долго шарили в недрах сумки, пару раз мне удалось выудить из нее клочки пыли и какой-то камушек. Я поднял его, разглядывая на солнце, и с отвращением отшвырнул. Вот ведь шутница, сунула мне в сумку кость.