Сто одна жизнь. Пешка.

Я упал на колени, пытаясь что-то разглядеть на земле, запутался в одежде, тихо выругался, поправил подол длинного плаща, закатал просторные рукава, и снова сунул нос к самой земле. Ничего. Парочка старых отпечатков, но вели они внутрь, заведения, а не оттуда. Ладно, поищем что-нибудь еще. И я стал методично обыскивать дома. Я не заходил внутрь, я пытался найти какую-либо странность: приоткрытые ворота, покосившиеся доски заборов, мелькающий в окнах свет. Что-нибудь, или кого-нибудь. Мне подошло бы все, в идеале один из той четверки мог бы выйти на крыльцо, покурить.

Но ни следов, но окурков.

Пошатавшись по городку часа так два, я пожал плечами и решил покинуть это гостеприимное место. Делать мне здесь совершенно нечего. Я могу так до утра блуждать по улицам и ничего не найти. И чем больше я уговаривал себя уйти, тем разумнее мне это казалось. Ну, зачем трехглазому садисту оставаться здесь? Правильно, незачем. Он получил, что хотел, а раз получил, то наверняка свалил. Единственный вопрос: почему он не убил гаргула и девушку там? Но этот вопрос меня не слишком волновал.

Особенно после того, как я решил, что он полностью удовлетворил свои наклонности, убив меня и хозяина... эмм... ну, пусть будет столовой.

Договориться с собой бывает иногда чрезвычайно сложно, но мне удалось и, сделав еще один успокоительный круг по периметру городка, я направился к воротам. Уж не знаю чутье ли, или паранойя, заставили меня пробираться к ним по кустам, а не идти по дороге как все нормальные люди, но я медленно крался, когда передо мной вдруг вырос садист собственной персоной.

Один глаз его взметнулся вверх и развернулся в мою сторону. Я застыл, как был в полу приседе, с занесенной для шага ногой. Я и дышать перестал. Глаз моргнул, вытянулся еще больше, моргнул еще раз и развернулся. Я медленно опустил ногу и присел на колено. Я старался не дышать, понимая, что в честном бою, мне не совладать с ним, а напасть с пяти метров, да еще и через кусты я не смогу. Нет, смочь то смогу, но пока я буду продираться сквозь них, он успеет меня нашпиговать чем-нибудь вроде наших пуль. Превращаться в ежика и умирать еще раз мне хотелось сейчас меньше всего.

Лописк поднял руку и над его ладонью загорелся огонек. Несколько вдохов спустя ему ответили из-за частокола. Лописк опустил руку, упер ее в бок и склонил голову. Я приблизился на шаг и перестал дышать под пристальным взглядом повернувшегося в мою сторону глаза. Но и в этот раз меня не заметили. Похоже, сегодня удача играет за меня.