Пятая Сила

Но сотое порой дорогого стоило.

В который уже раз снилось ему возвращение. Коллективное сознательное — этот сон чаще всего снился экипажу. Но каждому виделось своё. Долгое время они записывали сны, пытаясь там, в подсознании отыскать хоть что-нибудь. Потом перестали.

Сегодня ему приснилось, что он стоит в Т-зале и объясняет товарищам случившееся. Он первый понял причину. Виной всему — петля! Четырёхмерная петля функции Шорина! Весь полёт и был построен на свойствах петли. Разогнать межзвёздник до субсветовой скорости — не самое трудное.

Самое трудное — затормозить. А если от места назначения опять разгоняться, а у Земли опять тормозить, то ни о какой субсветовой скорости и речи быть не может. Массы не хватит. Функция Шорина позволяла совершить полёт по прямой, но с возвращением в исходную точку. Не спрашивайте как, он, Фомин, не физик. Бортинженер он по основной специальности. Но сегодня — понял. Четырёхмерная петля развернула их не только в пространстве, но и во времени. Оттого-то все и вышло!

Все закричали, обступили, стали хлопать по спине.

..

Проснулся, цепко держа сон в памяти. Пробежался по логической цепочке — и вздохнул.

До Менделеева ему далеко. Функция Шорина, которую когда-то предсказал писатель, никакого отношения к перемещению во времени не имела. Так, во всяком случае, утверждали физики. А они уж на эту тему спорили-спорили, спорили-спорили... И сейчас иногда спорят. Получается, ничего нового сон не открыл. Зря и проснулся.

Или он проснулся из-за другого? Фомин продолжал дышать, как дышит спящий.

Это не физика, это он умеет.

Минута, другая. В комнате — никого. За дверью? Да, за дверью. Кто-то стоит, то ли не решаясь войти, то ли в свою очередь слушая дыхание Фомина. Судя по всему — один человек.

Это мог быть кто угодно: специально приставленный охранник — так, на всякий случай и для почёта; наемный убийца, которого прислали в безумной надежде сорвать сделку с Небесами; расхрабрившаяся служанка... Ясно только, что у того, кто стоял за дверью, хватило ума не войти запросто.

У него, Фомина, рефлексы поперёк ума работают.

Фомин протянул руку. Рукоять кинжала сама легла в ладонь.

Движение его, каким бы легким оно не было, насторожило стоявшего за дверью. Фомин почувствовал, как тот удаляется. Однако! Надо быть очень, очень чутким человеком, чтобы расслышать приготовления Фомина. Или...

Он подошёл к двери, распахнул её.

Или быть нечеловеком.

Напротив на стене горел факел — в честь гостя.