Пятая Сила

— Значит, договор заключен, — ответил другой торговец, тоже седовласый, тоже степенный.

Все опять посмотрели на Луу-Кина. На этот раз Луу не моргнул глазом. Он не хотел показывать свою неосведомленность. Молчит, и молчит.

— Цены на зерно упадут, — заключил старшина.

— Не обязательно, — возразил второй.

Остальные брали пример с Луу — молчали с непроницаемым видом.

— В замке запас на три года. Теперь его можно проедать — пока Небесы будут рядом, никакой нужды в лишнем зерне нет.

— Небесы отпугнут мутов и не допустят войны, но перед неурожаем они бессильны. А в Замке очень опытный эконом, который знает цену зерна в неурожай. Выгадаешь марку, потеряешь три. Не будет он рисковать, да и средств теперь у Замка вдоволь, золото Небесов.

— Средств никогда не бывает слишком вдоволь. А поля без мутов станут щедрее.

— Но пахарей станет меньше — крестьяне пойдут работать к Небесам.

— Борозда покажет.

— Борозда покажет, — согласился старшина.

Вот и поспорили.

Луу, похоже, повёл себя верно — смотрели на него теперь с уважением. Крепок, не разболтался, не расхвастался, какая, мол, знайка пришла. С таким можно и дело иметь.

Но никаких дел сегодня начинать нельзя. Думать можно, а начинать — ни-ни. Не торопись. Завтрашний день, он себя явит в полной красе, а пока размышляй. Не возбраняется и спрашивать, да только цены на зерно Луу интересовали слабо.

Но торговые мысли в голову не шли.

Над шатром послышался шум. Браухли. Чего это им неймется?

Он выглянул наружу. Действительно, стая тянулась на юг. Что-то рано. Может, предчувствуют, что придут Небесы, покой уйдет, пропадут угодья, где детенышей выводить?

Браухли, бесполезные летуны, пеньки с крыльями, а тоже ведь жить хотят вольно.

— Я вижу перед собой свободного торговца Луу-Кина?

Луу-Кин обернулся. Наконец-то, он уже начал тревожиться.

— Юниус? — зелатора он встречал лишь однажды, мельком, но запомнил хорошо

— Да. Меня послал к вам достопочтенный Бе...

— Я догадываюсь, — перебил его Луу. Он не хотел, чтобы произносилось имя, знать которое скромному торговцу не пристало.