Пятая Сила

Конечно, сей момент, — забормотал он несвязно, не решив окончательно — радоваться, нет. Он уж было настроился остаться в таверне да ждать, когда люди на обратном пути завернут сюда, тут можно будет и расторговаться. Придётся, конечно, взять в долю хозяина таверны, так это в порядке вещей... А в Замке, в Замке... О! Он не смел и надеяться... То есть, вчера-то он надеялся твердо, но твердость разбилась мгновенно, стоило ему, проснувшись, не увидеть рыцаря. Идти в одиночку? Как ни крепко он спал, а слышал, как неподалеку — ну, не совсем и близко, иначе проснулся б — выла семья вурдалаков: сначала старшой, басово, протяжно, затем вторила марва, забираясь голосом своим до самой до луны, а затем, в терцию и квинту подтягивали остальные.

Нет, в одиночку ходить — даже и днём... Теперь же надежда опять явилась. Вместе с рыцарем. Странная она штука, надежда, нестойкая и неистребимая одновременно, думал он, лихорадочно собираясь.

Внизу, опять же на красном, господском столе ждал их завтрак совсем простой — кислое молоко, хлеб да сыр.

И съеден был не по-вчерашнему быстро. Хозяин суетился, но дальним путём уже не стращал, лишь вздыхал жалостливо.

— Ладно, ладно, сколько за постой?

Хозяин пустился в длинные рассуждения о скудости окрестных земель, героических усилиях его самого и необыкновенной щедрости всемилостивейшего рыцаря, а ещё о могучем туре, могучем, но и прожорливом, съевшем столько сена и овса, что...

— Короче, два червонца, — перебил алгебру хозяина рыцарь.

— Восемь... оди...сколько вашей милости будет угодно, — хозяин склонился, но Луу приметил — доволен.

Ещё бы — два червонца. Эх, тяжело, наверное, всё-таки быть рыцарем — за все плати щедро, втрое-вчетверо против обыкновенной цены. Хотя — опять же какой дом. В некоторых поощряется рачительность, экономность, если не сказать — скупость, например, дом Кви. Тот бы торговался — вернее, торговался б оруженосец — до полудня, и хорошо, если бы выгадал хозяин хоть что-нибудь.

А, впрочем, чего это он — не о своём думает. О своём, о своём, поправил Луу себя.

Ведь он поедет в Замок, где множество всяких высокородных господ, и его дело так распорядиться содержимым короба, чтобы и с долгами расплатиться, и ещё с барышом остаться. А уж тогда...

Вот здесь точно начинаются бесплодные мечты. Духи Зависть и Злосчастие чуют их за семь вёрст, налетят, прилепятся — и не будет удачи, потому Луу поскорее стал думать о делах мелких, но насущных — как бы ноги не натереть, переход предстоял большой.