Крик Завоевателя

В эту секунду треск стал в несколько раз громче и крыша дома, в котором находился северный воитель, с грохотом рухнула ему на голову, погребая светловолосого воителя под собой.

" - А нет, все-таки опорная. И строители у местных те еще рукозады - если бы дом строил кто-то из нордов, то он бы от такого удара даже не пошатнулся..."

С громким рыком северянин выбрался из-под обломков и повернувшись к недовольно цыкнувшему Джирайе(Который скорее всего надеялся, что Ралоф не переживет удара его исполинской жабы и последовавшее после этого обрушение строения).

- Долго еще ты будешь прятаться за спиной своего призыва, Жаболюб?! Или ты молишься вашим богам, чтобы они защитили тебя от гнева служителя Талоса?!

На самом деле Ралоф прекрасно понимал, что защитничек одной коноховской буренки не просто так изображал из себя одного из местных жрецов - сложив ладони в молитвенном жесте, Джирайя явно чего-то ждал и это его ожидание не сулило последователю воинственного бога ничего хорошего.

А навязать беловолосому санину рукопашную схватку у Ралофа не получалось, как он ни старался. На оскорбления тот никак не реагировал (Хотя, когда норд сказал, что написанные Джирайей книги - тот еще мусор, лишенный всяческой фантазии и годный лишь для подтирания задницы, легкий скрип зубов северянин все-так расслышал), а от прямого боя уклонялся всеми силами, подставляя под удар исполинскую жабу.

И мало того, что призванное писателем похабных книжек создание было воистину огромно, так оно еще оказалось неплохим бойцом.

Активно орудуя странной двузубой вилкой, не уступающей в размерах столетней ели, жаба раз за разом отбрасывала норда от беловолосого шиноби и держа на дистанции, не давало пустить себе кровь, заставляя даэдрическую секиру Ралофа чуть ли не рычать в исступлении - дух из Обливиона жаждал вкусить крови врага и подобный паритет приводил его в жуткое бешенство.

Хотя призванный северянином доспех такое массивное оружие не пробивало - каждый пропущенный удар либо вбивал норда в землю по пояс, либо отправлял в полет до стены ближайшего дома.

Теперь до северянина наконец-то дошло, зачем его учитель, при огромной силе и прочности своего тела, все равно ходил в цельных латах.

Дело было не только в дополнительном слое защиты, на который можно было нанести усиливающие руны (Хотя свою роль это тоже играло). Седой некромант таскался в горе черной стали в первую очередь из-за её огромного веса.