Наставник

Мой муж говорит, что человеку не под силу победить мертвую тварь, - уверенно произнесла леди Алисия и подхватила юбки. – Впрочем, думаю, когда ваш… гость поправится, муж его вызовет. И убьет.

Незамутненная глупость.

Впору восхититься.

- И тогда все увидят, что этот оборванец – врет.

Миха фыркнул.

- А еще он на меня смотрел! – возмутилась леди Алисия. – Нагло!

- Так есть на что, - не удержался Миха.

И тут же язык прикусил.

Вот и зачем дразнить было? Она ведь точно мужу нажалуется. С другой стороны, она бы и так нажаловалась.

А если бы вдруг и промолчала, нашелся бы иной повод.

Миха вздохнул.

Надо было как-то побыстрее поправляться, что ли? А то ведь и вправду пришибут да не заметят. И останется тогда этот гребаный мир неулучшенным. И не важно, что Миха пока не придумал, что именно улучшать. Когда-нибудь, но забредет и в его голову гениальная идея.

Если будет, куда забредать.

Дамы удалились, оставив после себя душное облако ароматов, но ветер разнес их и снова умиротворяюще запахло навозом.

Миха сделал глубокий вдох.

И сказал:

- Воды принеси.

Раб, что благоразумно держался в тени, исчез. А вернулся с водой. И когда Миха пригубил эту воду, осталось лишь хмыкнуть.

Горьковатая.

И пахнет вовсе не водой. Отравить пытаются?

- Пей, - он протянул кубок рабу, и тот попятился, подтверждая догадку. Вот ведь. А Миха его не обижал. Миха вообще за всеобщее равенство.

Если получится.

- Стоять, - жесткий окрик заставил раба остановиться.

Тот испуганно замер, мелко дрожа, не спуская с Михи совершенно безумного взгляда. – Кидаться не советую. Все одно не убьешь. А я тебя – вполне.

Раб икнул.

Стало быть, имелась мыслишка. Вот и на что, собственно говоря, они рассчитывали? Ладно, не они, но этот вот… совсем пацаненок, моложе Михи, ну точнее ровесником здешнему Михе будет.

- Иди сюда.

Раб попятился.

- Стой, я сказал…

Раб развернулся и бросился прочь. Правда, сделал лишь два шага и упал, забившись в конвульсиях.

Из приоткрытого рта хлынула пена, смешанная с кровью.

Вот тебе, называется, и посидел на завалинке.

Миха вздохнул и поднялся, отметив, что сидение явно пошло на пользу. Слабость сохранилась, но была не такой уж и всеобъемлющей. Он опустился рядом с телом, коснулся шеи.

- И в кого ты такой дурак-то? – сказал укоризненно, глядя в затухающие глаза. – Неужели и вправду думал, что живым оставят?

Он огляделся.

Стоило бы позвать кого.