Мясо для прокачки наносит ответный удар

К тому же когда ты задержала Воина, он так и не попал по тебе. А потом у тебя получилось смыться прямо из-под геройского носа. Я прав, всё так и было, Фея?

– Ну, Гоблин немножко преувеличил, – всё ещё «сидя» как на невидимом стуле, Фея заёрзала. – Я запыхалась не меньше него, а спасло меня только чудо – сама не перестаю удивляться, как так вышло. Ох уж эти вероятности в циферках – такое выбрасывают иногда!

Она захихикала, при этом всё время смотря куда-то в сторону.

– Не скромничай, ты неслась быстрее ветра и ещё меня за собой легко тащила, – напомнил Гоблин.

– И никогда не было такого, чтобы я или мои сородичи увернулись от удара Воина больше одного-двух раз. Если у нас одинаковые статы, то как ты умудрилась сделать это?

Фея сбросила показную непринуждённость и скрестила руки на груди. Теперь она раздражённо смотрела на Гоблина.

– А ты помнишь, в каком состоянии был, когда мы встретили героев? Напомню: стоял как пень, а потом был в панике! Ты ничего не понимал. Так ты уверен, что всё правильно увидел и не сочиняешь сейчас небылиц, которые породил твой страх?!

Гоблин не нашёлся, что ответить, мысленно согласившись, что тогда и впрямь едва соображал.

– К чему эта перепалка, просто открой своё меню, – Крыса тоже теряла терпение.

– Отстань! Ещё приказывать мне будешь… – огрызнулась Фея

– Почему? Ведь это же так просто – высветить характеристики, – недоумевал Гоблин.

– Просто, говоришь?! – Фея «вскочила» со «стула» и замахала кулачками. – Вам, извращенцам, может и просто! Это же всё равно, что раздеться, показать себя нагишом!

– Так я в самом деле хожу нагишом, – парировала Крыса, показав рукой, что она без одежды.

– У вас, Крыс, может так и принято, но не у фей!.. Мы все едва знакомы друг с другом, я ещё не готова так обнажаться… О-ох…

Фея закрыла лицо ладонью и вздохнула.

– Ну, хорошо. Я признаюсь… У меня ловкость на 2, а выносливость на 20. Но показывать ЭТО я стесняюсь!

– Ладно-ладно, не хочешь – не показывай, – махнул рукой Гоблин, опередив Крысу, которая вот-вот собиралась настоять.

– Только не понимаю, зачем нужно было выдумывать, что у тебя единичные статы.

– Ты съехидничал по поводу воли Крысы, и я смутилась, – устало призналась Фея. – Не хотела, чтобы и меня засмеял за слабые стороны – ничтожные силу и стойкость.

– Так это ж просто шутовство, – извиняющимся тоном сказал Гоблин. – Мне бы и в голову не пришло стыдить тебя за то, какая ты есть. В конце концов, будь мы все совершенные – не пришлось бы искать помощи друг друга.