ЧОП "ЗАРЯ"

Никифоров вертелся как ужаленный, разбрасывая тычки и затрещины во все стороны, будто участвует в массовой драке. Удар кулаком в одну сторону, резкая затрещина локтем в другую, неожиданный пинок за спину. Разворот и по новой. Я даже не знал, что кулаком можно так бить — в док, за спину.

Мда, совсем неправильный бокс и какая-то неправильная муха. Скорее овод какой-то или цеце. Представить такое на ринге я не мог, а вот в исконно русскую забаву помахать кулаками стенка на стенку, Никифоров бы не только вписался, но и вышел победителем.

Бездумным махачем тут даже не пахло, все движения четкие, резкие уклонения, явно рассчитанные до миллиметра и отточенные годами.

Где-то в коридорах послышалась возня, громкие шаги и лебедячий приторный голосок администратора. Призрак замер, на прозрачном лице довольно натурально промелькнул целый спектр эмоций: от удивления до раздражения и последующей ненависти. Но, когда скрипнула дверь, запустив поток прохладного воздуха, призрак исчез, растворившись в воздухе.

А я закрыл глаза, продолжив дремать.

— Господа, закрывайте дверь, — пробухтел пухленький купец, — Сквозит же.

— Сдристнули отсюда, быстро, — прозвучал грубый голос от входа, потом недовольное бормотание и звонкие шлепки босых пяток по влажному полу.

Я открыл глаза, пытаясь сообразить, кто буянит и относится ли это и ко мне тоже. С местным криминалом я уже знаком был, про нравы дворян пока только начитан из прошлой жизни, и полной картины, как ведут себя сильные миры сего и те, кто с ними встречается, у меня не было.

Прямо передо мной стояло трое. Одетые, я бы даже сказал, с шиком для этого мира, но совсем не для бани. Жарковато им здесь должно быть. Серые твидовые костюмы-тройки и теплые кепки-восьмиклинки, помню в Москве бум на такие был у хипстеров после сериала «Острые козырьки».

Различия были в деталях.

У того, что стоял ближе — мужичок невысокого роста с гладковыбритым скуластым лицом, на шее был завязан синий платок, а на груди из-под лацкана пиджака тянулась серебряная цепочка.

Но внимание привлекали его пальцы, торчавшие из-под обрезанных перчаток. Ногти окрашены ярким лаком в цвет платочка, а между пальцев то и дело пробегали маленькие электроразряды, оставляя после себя миниатюрные снежинки, которые моментально таяли в горячем воздухе. Типа маг что ли?

Двое подальше были покрупней, криво сросшийся нос у одного и сломанное ухо у второго намекали на боевое прошлое.