ЧОП "ЗАРЯ"

Еще небось баллы дают, если друга привести. Но с Гидеоном я не стал это обсуждать, не поймет старик.

Про четвертый и пятый уровень можно было пока забыть.

Открывался он только топовым отрядам с пятидесятого места и требовал не только баснословных очков, но и шестизначных сумм в рублях. Хотя звучал Гидеон в этот момент очень вдохновленно, перечисляя легендарное оружие, которое можно было купить. От меча основателя ордена Пересвята до серебряного кастета командира ударного полка Корниловцев, закрывших один из самых больших разрывов прошлого века.

Это, если повезет, в продажу такое поступало редко и чаще даровалось императором, а потом передавалось из поколения в поколение.

Меч Пересвята мне пока без надобности, но позицию в рейтинге для ЧОПа надо менять, и как можно скорее.

— Гидеон, а кто на первом месте?

— Император, конечно, — святоша хлебнул из фляжки, типа за здоровье, — Не прям он сам, но его личный гренадерский полк. Не знаю, как у вас там было, но здесь просто так правящим родом не становятся.

Реальная сила за императором должна стоять.

Как у нас, я ответить не успел, потому что вернулся Захар. Сияющий, как лысина продавца, будто только что выигрышный лотерейный билет отхватил. Ну или как будто короновать меня собрался, иначе объяснить тот пафос, с которым он протянул мне промасленный сверток, я не могу.

— Еле урвал, — он довольно покачал головой, — Владей. Пусть он послужит тебе верой и правдой во имя святого Креста.

— А это что? — я поддал голосу заинтересованности и перехватил сверток, — Увесистый, тут грамм двести, наверное.

— Чуть больше, редкая вещь, — лучился Захар, — по слухам, личное оружие поручика Гринева, с помощью которого он закрыл несколько разрывов под Смоленском.

— А где сейчас сам поручик? Ему это больше не надо? — я аккуратно развернул бумагу и уставился на изогнутый прут арматуры. Один конец завернули так, чтобы получилась закрытая рукоятка, а другой расплющили и заточили.

— Об этом история умалчивает, — хохотнул Гидеон, — Отличный французский гвоздь, кстати.

Даже непонятно, как Захара жаба не задушила, рублей двадцать небось?

— Сорок, но я выгодно продал кастет, а здесь хороший сплав, есть даже несколько процентов серебра, — холодно ответил Захар. — Матвей, ты говорил, знаешь, где достать денег? Если это не слишком противозаконно, то давай сделаем.

— Я пока плохо понимаю местные законы, — я приладил ножны к ремню и, поигрывая гвоздем, благодарно кивнул Захару. — Но скорее всего, мы будем в своем праве.