Каста Неприкасаемых

Раскосые зеленые глаза смотрят прямо на меня властно и таинственно.

Чуть приподнявшись, молча веду ее взглядом, а она также без слов подходит и садится рядом на корточки. Ее рука подносит бронзовый подсвечник к моему лицу, и желтые огоньки четырех горящих свечей почти скрывают от меня ее контур. Мягкий грудной голос звучит с другой стороны пламени. Звучит отстраненно, словно обращается к незримой в темноте публике.

– Кто бы мог подумать, что в таком невзрачном теле скрыто столько силы и воли. Это так возбуждает! Моим подругам нравятся накаченные тела, блестящие рельефные мускулы, а мне эти игрушки уже надоели.

Они все просто раскрашенные самцы. Скучные, самовлюбленные и жалкие! От них веет плесенью и разложением, а я не люблю разряженных слюнтяев. Меня завораживает другое. Мне нравится дух зверя, сила пламени неугасающая и непобедимая. Мне хотелось бы склониться перед силой, способной меня покорить, но к сожалению, вокруг одни развращенные слабаки.

Мерцающее оранжевое пламя отплывает в сторону, открывая ее глаза.

– Ты не такой! В тебе есть стержень, рядом с тобой не страшно.

Обтянутые тонкой тканью колени опускаются на грязный пол, а изящная ладонь, поставив подсвечник, устремляется к моему лицу.

– Хотела бы я, чтобы рядом со мной всегда был такой мужчина. – По кошачьи изгибаясь, Ильсана склоняется надо мной. Тяжелые груди оттягивают вырез платья, и нежные тонкие пальцы касаются моей щеки. – Такой как ты, сильный, бесстрашный и несгибаемый.

С трудом справляясь с подступившим к горлу комом, непроизвольно реагирую на звучащую в ее голосе тревогу.

– Ты боишься кого-то? Тебе угрожает опасность?

– Только себя, Юни. Только себя и своих желаний. – В зеленой глубине глаз вспыхнула жадная искра, и ее лицо вплотную приблизилось к моему. – Иногда они способны напугать даже меня.

Как заколдованный смотрю на ее влажные губы, на призывно приоткрытый рот и все еще не могу поверить в происходящее. Моя мечта, моя богиня стоит передо мной на коленях. Здесь в жутком темном подвале, на заплеванном полу, и ее дыхание обжигает мне кожу.

От этой мысли по телу прокатывается дикая волна возбуждения

Я все еще не могу пошевелиться, а в голосе Ильсаны появляется нотка удовлетворения.

– Вот так! Не прячь в себе его! Покажи мне того зверя, что скрывается за оболочкой жалкого неприкасаемого.

Каждое ее слово словно гвоздь пробивает защиту моего разума и будит неконтролируемую бешеную жажду обладания этой женщиной. Горящие глаза подстегивают как хлыст.