Каста Неприкасаемых

У меня всего лишь один вопрос, откуда у нашего честного квестора взялись деньги на такой дорогой подарок?

Фарон не желает сдаваться и сходу отметает все обвинения.

– Я служу господину уже больше двадцати лет и могу позволить себе…

Его прерывают, не давая договорить, но это уже Лириан.

– Не пори чушь, Фарон! Никому не интересно, что ты можешь себе позволить. Твоя скупость всем известна и отцу тоже. Как ты думаешь, какая первая мысль посетит его, когда мы отвезем ему эту девку. – В звучащем голосе сквозит откровенная издевка.

– Правильно мыслишь. Несмотря на все двадцать лет твоей беспорочной службы, первое, о чем подумает наш отец, будет – скурвился Фарон. Скрысятничал на потеху своей шлюхи!

По наступившей тишине понимаю, что квестор так же, как и я, сейчас думает о том, что Лириан не так уж и неправ. Вспоминаю свое первое утро в доме спафария – камеру пыток, жуткие орудия, разложенные на кожаном фартуке и равнодушно-ледяные глаза палача. Мысленно соглашаюсь со своими воспоминаниями: «Да уж, если у Дидала появятся сомнения, то развеять их он может и столь радикальными методами».

Раздумье Фарона затягивается, а это значит, что скорее всего он сейчас уступит. Так и есть, слышу откашливание, а затем каркающий голос.

– Хорошо. Я готов согласиться с разумными доводами. Не стоит тревожить по пустякам столь великого и занятого человека, как спафарий Дидал Ашшур. – Еще одна пауза, а за ней слышу выдвигаемое условие. – Но надеюсь, вы понимаете, что это одноразовое соглашение, и в дальнейшем, я не смогу покрывать ваши опасные игры.

Если в ваших планах есть повторение вчерашнего случая, то вам лучше совсем забрать неприкасаемого с виллы. Я не буду препятствовать, забирайте. Забирайте со всей ответственностью, лежащей сейчас на мне.

С напряжением жду ответа и грустно вздыхаю, не сомневаясь каким будет этот ответ:

«Вот и конец твоей райской жизни, Юни. В чем ты там клялся?! Никогда больше не выйдешь на арену! Сейчас тебя сдадут Лириану со всеми потрохами, и куда он тебя отправит?!»

Вместо брата ответила квестору Ильсана.

– Такой вопрос без отца не решить, а у него сразу же возникнут подозрения.

По части выхода из самых сложных дворцово-дипломатических ситуаций, Фарон, бесспорно, лучший. Это и понятно. Двадцать лет бессменно руководить «империей» Ашшуров и все еще оставаться в мире живых, такое по плечу только гению. Его резкий голос, достигший моих ушей, лишь еще раз подтвердил эту истину.