Джек Бергман

Бергман, а как ты начинаешь расследование?

— Выискиваю мотив, определяюсь со средством и ищу тех, у кого были возможности, — я задумался. В этом проклятом деле не было самого главного — в нем не было мотива.

— А алиби? — я поморщился, когда услышал этот дурацкий вопрос. Нет, я все понимаю, Нарамакил не привык работать так как мы... Хотя, нужно будет поинтересоваться, как они этим занимаются. Может что-то можно будет взять на вооружение.

— Алиби важно, когда есть подозреваемый.

— Дело в том, что у убийц, как правило, твердого алиби не бывает, — встрял Гайер.

— Да, в основном потому, что они кого-то убивали в это время, — я хмыкнул. — На самом деле идеальных убийств не существует. Истина все равно рано или поздно всплывает.

— А зачем ты вообще этим занимаешься? — Нарамакил обернулся и посмотрел на меня. Не знаю, каким образом он что-то может разглядеть, я например, вижу его с большим трудом.

— Кто-то же должен, — можно было много пафосных слов наговорить, но было банально лень. К тому же ни одно из этих слов не соответствовало действительности.

Подумав, я неохотно пояснил. — Они ведь мертвы, понимаешь? Они уже не смогут ни ответить, ни покарать убийцу...

— Некроманты с тобой не согласились бы...

— Это их право, а моя работа заключается в том, чтобы говорить за мертвых. Сделать так, чтобы они обрели покой.

— Это невозможно остановить, — покачал головой Нарамакил.

— Невозможно, — согласился я. — Но пытаться-то мы можем. А если можем, значит, должны.

— Странная философия. Возможно, когда-нибудь я найду в ней отклик, но пока.

..

Что хотел сказать эльф, мы так и не услышали, потому что в этот момент туман сгустился еще больше, а наши лошади, которые все-таки животные, резко остановились, а потом начали пятиться назад с громким ржанием.

— Так, а вот это мне совсем не нравится, — я перехватил узду покрепче и потянул ее на себя, сам не понимая, что же я хочу сделать: удержаться в седле или остановить пятившееся животное. — А я говорил, что нужно на машине ехать.

— А я говорил, что нужно немного подождать, пока рассеется этот туман, прежде чем куда-то нестись сломя голову.

Тпру! Да стой же! — Гайер не сумел удержать своего жеребца и спрыгнул на землю. При этом он умудрился запутаться в стременах и едва не свалился, но с трудом сумел удержать равновесие и устоял на ногах. — Вот, скотина! — он резко дернул поводья, которые так и не выпустил из рук, заставляя коня остановиться. Все-таки сила у оборотня, даже такого как наш Гайер, совершенно недетская.