Шутка Орзиле

Принять Печать, вырастить нординг, выйти на лёд — лишь бы быть рядом! Да я на плешь Орзилэ пошла бы вслед за тобой!

— Скай!

— Я любила тебя, даже будучи парнем. А теперь всё вернулось. Изменить тело можно только раз. И тебе решать — уйти мне или остаться. С Отрядом мне всё равно придётся проститься — девчонкам здесь не место. Но значит ли это, что мне надо уходить из твоей жизни?

Полотенце упало на пол. А я почувствовал, что не сильно отличаюсь от нормальных парней. Вот только...

— Скай… Я никогда… этого не делал.

— Ну… теории нас всех учили в Академии. А практики у меня тоже не было.

Зелёные глаза смеются:

— Не сложнее, думаю, чем корга объезжать.

Меня осторожно опрокидывают на кровать.

На этой постели мы спали пятьдесят лет.

— Кэй… что с тобой? Ты дрожишь.

Что?

Как объяснить тебе, что у меня, маргре, Рыжей Смерти, нахально плюющего на Верховного, на Иных, на самого Орзилэ, сейчас внутри всё сжимается от страха?

— Скай… я боюсь…

— Всё-таки ты дурень, Кэйори.

***

Верховный смотрит на меня насмешливо и оценивающе:

— Что, так прямо неймётся? Ни года подождать не хочешь?

— Чего ждать-то? — бурчу я недовольно. — Спим мы. Вдруг Скай, Элимее на радость, уже понесла — что, ребёнок без мужа родится? Я маргре! За свои поступки отвечаю.

— Маргре! — передразнивает меня Гроймер. — Ты хоть родителям сказал? На ком женишься? Ты ж не безродный какой! Случись что с Маррене… Продолжать дальше?

— Сказал…

— И?

— Счастливы они.

До тапочек Орзилэ. Неважно, кто моя жена, они уж и такой не чаяли. Хоть я отказался от права крови, но мама внуков всё равно хочет. Слушай, Верховный, на тебя не угодишь! Женщин не люблю — плохо. Полюбил — опять плохо! Ты уж определись!

— Ох, Рыжая Смерть… Всадникам жениться необходимо, чтобы силу передать. Властителям внуки тоже не помешают. Только мне тебе опять напарника искать надо. Если каждый будет раз в пятьдесят лет партнёра менять — где я тебе замен напасусь?!

— Я Рейке беру.

Он один остался. Спину мне уже прикрывал, так что годится. Только в комнату к себе я его не пущу. У меня жена!

— Иди уж… Будет тебе Обет. Девочке моей привет передавай.

Я хмыкаю, гордо разворачиваюсь и направляюсь к выходу.

— Эй, Кэйори!

Как в прошлый раз — послушно замираю на месте.

Гроймер издевательски хохочет:

— Парень ты, конечно, самый привлекательный в Армэре, не поспоришь.