Сквозь Ад и обратно

Сидел я на подобии стола, грубо, но добротно сколоченного из толстых шершавых досок. Пахло подвальной сыростью и чем-то слегка протухшим. Возможно, тухлятиной несло от толстого мужика с маленькими поросячьими глазками на одутловатом лице. Он был одет в пестрый, но крайне замызганный костюмчик и внимательно осматривал меня. Между мной и мужиком находилась массивная решетка.

Обстановка сильно напоминала тюремную камеру, скорее всего это она и была. За решеткой, на стене висело примитивное оружие: мечи, копья и секиры. Все это великолепие стерегли два комплекта уродливых доспехов, сжимающие в руках алебарды.

Последнее, что я помнил — аварийную посадку на развалившемся челноке. По-видимому, нас угораздило приземлиться на какой-то древний мир, населенный племенами, утратившими доступ ко всем технологиям, кроме самых простых.

Мне стало грустно от потери помощника. Я служил с ним слишком долго и знал, что буду скорбеть. Но это будет позже, сейчас стоило поразмыслить о собственном положении, несомненно, печальном, с какой стороны не посмотри.

Сцепив зубы, чтобы не застонать, я сполз со стола и нетвердым шагом направился к двери.

— Куда двинулся, ублюдок? — с мерзкой улыбкой сказал толстяк. — У тебя через пару часов свидание с палачом.

Один из стражников просунул древко алебарды сквозь решетку и оттолкнул меня. Тело нещадно болело от многочисленных синяков, ссадин и прочих последствий аварийной посадки.

Что-то подсказывало мне, что договориться по-хорошему с этими дикарями не выйдет. Мой оружейный ремень отобрали, и теперь он висел на стене за решеткой.

Я был безоружен, но добровольно отправляться к палачу не планировал. Дверные петли скрипнули, и стражник зашёл в камеру, чтобы застегнуть на моих руках деревянные колодки.

— Вытяни руки, — сказал он.

— Ага, конечно, — я подождал, пока он подойдёт поближе, и что было сил ткнул кулаком ему под ребра.

Конечно, пробить хоть и примитивный, но доспех я не смог, и ничего, кроме содранных костяшек, это мне не принесло. Впрочем, стражник все-таки потерял равновесие, так что я подставил колено и попытался произвести бросок, но он вывернулся как раз вовремя, чтобы не попасться в захват.

Для крупного мужика он двигался весьма неплохо, это я должен был признать. Нашу дальнейшую потасовку прервал второй охранник.

— Ишь ты, буйный попался! — крикнул он, вбегая в камеру и ударив меня по ногам.

Я вскрикнул и завалился на землю под градом новых ударов, которые прекратились, только когда мои руки оказались в кандалах.