ИНФРА (Том 1)

Хочешь, я почитаю тебе сказку о дедушке Ное?

– Да! Но можно на улице? Там сейчас тепло!

– Можно, а потом ты пойдёшь гулять, а я займусь делами.

Если со старшим сыном мама Автандила общалась, сюсюкаясь и угождая, то общение с младшим сводилось к приказам: «ешь!», «нельзя!», «сиди тут!».

Хотя сейчас она просто вышла, оставив его сидеть около кипятильника, который грел воду в оцинкованном ведре.

У Попова это был первый опыт жизни после смерти, так что он продолжал ожидать явления того, кто всё объяснит. По крайней мере, он в это верил.

День.

Два.

Неделю.

Месяц.

К исходу второго юноша в теле ребёнка понял небольшой факт: он просто очнулся в своём прошлом.

Отличий он не заметил.

Если же он в прошлом, а не просто мёртв, тогда было бы глупо не попробовать каких-либо изменений.

Вот только Авто был не так уж умён и осведомлён, как хотелось бы, да и память у него была не самой лучшей, пусть многие события он и заучивал в рамках «истории врат» или «ОБЖ».

Гораздо ярче было воспоминание, что в их депо тоже появлялись врата.

Небольшая то ли фиолетовая, то ли ультрафиолетовая ящерка вышла из крошечных врат и была убиты крысой.

К сожалению или радости, земные животные ни разу не пробуждались по официальной информации. Так что это было событие без последствий.

Даже подземелье из столь незначительных врат просуществовало двое или трое суток. Их только и успели зарегистрировать.

Автандил пытался вспомнить примерный срок этого события. Это было незадолго до того момента, как он был отдан в Зону Обучения.

Если уж менять прохождение, то, наверно, именно в этом ключевом моменте.

Вот только в три, почти четыре, года он точно будет на уровне крысы. Надо было придумать какую-то ловушку. Место то примерно известно.

Однако жизнь Попова была всё-таки ещё менее радушной, чем он помнил.

Очень многие негативные воспоминания его мозг просто выбросил.

Голод. Холод. Антисанитарные условия. Вечное отсутствие отца и частое отсутствие матери. Издевательства брата и его друзей.

А на фоне недоедания вполне ощутимая слабость тела.

Сейчас он уже понимал, о чём говорили воспитательницы и позже учителя. В его личном деле были термины «задержка умственного развития» и «дистрофия».

Так что к нужному сроку он подошёл, понимая собственную тщедушность.

Ловушками были выбраны два таза и удлинитель. Примерное место было известно, но не точно. Так что среди сомнений и многочасовой реализации в затхлом закутке, юноша в теле ребёнка попробовал увеличить свои шансы.