Эльфийская сага. Изгнанник

Я - достойнейший из достойных, стану новым Верховным королем нового мира! А теперь, мои, верные подданные, в атаку! Сравняйте Эбертрейл с землей! Сожгите его башни и крепости! Залейте улицы кровью! И да хранит вас Иссиль!

Речь Его Высочества переполнила яростью и злобой сердца темных воинов. Взвились бархатные знамена: черные с серебром, несущие сплетенье серебряной луны и белого месяца. Взметнулись в закатное небо закаленные эльфийские клинки, выкованные из прочнейшей подгорной стали маэ-ро, что не перебить и не сломать.

Захрапели кони и заиграли искры в начищенных латах, охвативших конские бока непробиваемым панцирем. Армия темных эльфов пошла на штурм Эбертрейла.

… Первыми заполыхали слитые в единый массив ажурные башенки северной крепости. Огонь крался по галереям и смотровым площадкам, зубчатым стенам и оборонительным вышкам, обжигая кипятком и отравляя дымом. Вдоль бойниц в серебристых кольчугах, с наброшенными поверх белыми плащами, метались защитники Эбертрейла. Они отстреливались из луков, давая залп за залпом, но наконечники стрел не могли пробить литую броню маэ-ро, что прочнее камня и легче пера.

А потом они стали задыхаться и пятиться, теряя луки, роняя стрелы. Черные жрецы подмешали в огонь колдовство, и отравленный ядом дым принялся косить эбертрейльское войско, как рука жнеца сухую траву по осени.

Объятые пламенем Белые Знамена с золотым крылатым солнцем срывались с башен. Горящие темноэльфийские стрелы пронзали городские постройки, вязли в стволах дерев, впивались в эбертрейльцев, не успевших вскинуть щиты.

В Лесном городе занимался пожар. Женщины и девушки, черпая воду в фонтанах и искусственных прудах, тушили ревущие языки, но на их месте тут же расцветали новые неукротимые цветы колдовского огня.

- Берегись! – Прокричал воин в сверкающей броне и стрела просвистела над заостренным ухом эльфийки, срезав золотистую прядь.

Та охнула и осела, роняя ведро. Вода выплеснулась, потекла по широкой светлой улице Соловьев.

Новый залп исчадий не заставил ждать.

Воин в броне в последний миг вскинул щит, укрывая себя и женщину. Несколько стальных наконечников хищно впилось в крепкое дерево; все кто оказался рядом посыпались на плиты, истыканные черными стрелами.

- Элли! – Вскричала женщина, кидаясь к золотоволосой девочке, облаченной в светлое двойное платье, ниспадавшее до земли.

- Элли! Дочь моя!

Элли не слышала мать, она билась в конвульсиях. Стрела вошла ей в горло.

- Не выходите из-под щита! – Вскричал воин.