Пепел перемен

И повезло тебе, что верю, - черты лица кузнеца напряглись, глаза вперились в гулявшего по деревянному столу муравья, пытавшегося унести крошку хлеба. – Мать мне говорила, демунулогов… или как у вас там заклинателей демонских звать, нужоно на кострах сжигать, пепел развеевать над текучей водой и молитву два дня читать, каб злой дух назад дороги не нашёл.

—Я могу понимать, - начал Этельред кашлянув, - что вам что-то надо. Ну, раз вы меня с улицы выдернули и сейчас за столом держите.

—Есть такое.

Понимаешь ли, Рэдрик, ученик Тайлерского… чегось-ти там, мне нужно было понять, из какого ты теста. Я узнал. А далей… каб ты яще по миру погулял, а не на костре чёрту душу отдавал, тебе придётся мне помочь.

За спиной кузнеца некто закашлял громко, прерывисто, и явно не так как кашляют здоровые люди. Зывик на это внимания не обратил, но лицо его стало печальным. Морщины у глаз и на лбу выступили тенистыми каньонами и состарили зрелого кузнеца до человека преклонного возраста.

—Давно болеет? – подождав некоторую паузу спросил Рэдрик, всматриваясь в дверной проём за спиной собеседника.

—Лекарь седмицу тому захаживал. Говорил — чахотка. Нечисть, духи… - пожал пелечами великан, - и сказал, мол, поможет тута токма молитва. А молился я ужо не мало…

—Я… я не знаю, смогу ли помочь.

—Узнаешь. Чародейские дряквы свои для того возьмёшь, и заговоры пошепчешь. А чтоб шептал, как надо, помни: если моя девонька в мир иной отойдёт, ты отправишься следом.

Я даж господ из храмов звать не буду…

Рука кузнеца вылетела из под стола. Воздух завыл, завихрился. Удар громыхнул по столу так что Рэдрик вскрикнул. Миска с яблоками подскочила и покатилась прочь на пол, вместе с красными и зелёными плодами. Кувалда замерла правее от колодок, окруженная кусками сломанного замка, державшего железную планку со стержнями.

—… просто сделаю с твоей головушкой, тоже что сделал сейчас с замком. Разумел? Ты там хоть в штанину не напрудил?

Рэдрик отрицательно закивал, хотя сам в этом уверен не был.

Достав из уже открытых колодок руки, он старательно их разминал, скромно радуясь свободе.

—Но… я вынужден сказать, - начал чародей, почти избавившись от дрожи в голосе, - что действительно стал несколько ограничен в читке заговоров. Вы можете ударить меня вашим молотком, раскроить череп, но это не изменит моих возможностей… разве что, в худшую сторону.