Пепел перемен

В цирюльне было сумрачно и тихо. Даже половицы, которым казалось бы следовало скрипеть от не скрипели. Только ритмичные, короткие скребки лезвия о кожу. Делал их конечно же брадобрей: старичок со скрюченными пальцами, жёлтой кожей и чёрными пигментированными пятнами. Поправив очки в серебряной оправе, старик спросил:

—Может кровопускание сделаем? Вам, мэтр, оно то нужно. Для здоровья, значица, полезнее. Есль вы сгините от кровяной болезни, кто ж нашу землю то беречь будет?

—Нет, не стоит, - ответил громоздкий мужчина с аккуратной причёской на голове и мылом на нижней части лица.

В свете свечей его глаза казалось сверкают как у дикого зверя. —Входи, Адвен, не заставляй меня ждать более чем ты уже заставил.

Агент не дрогнул под взглядом начальства и выглядел более чем уверенно, стаскивая с лица капюшон.

—Я бежал из Царвера грязными повозками, бок о бок с бродягами, которые кишмя кишат блохами и заразами, - начал Адвен, откинув плащ и сцепив руки за спиной, - прошёл три осмотра и заставил всё это пережить моего младшего сына.

Всё ради того чтобы добравшись в Дреадаль, я мог без опаски за наши жизни лечь в чистую кровать и съесть горячей еды. И сейчас, когда цель последних двух недель уже так близко, твои люди ловят моего сына и говорят мне переться сюда. К тебе, Фильмо.

—Таких наглецов как ты ещё надо поискать, - улыбнулся клиент цирюльника и задрал подбородок, давая лезвию пройтись ниже. – Уверен, Гордея ты зацепил именно этим. Слабоумие и отвага… прозаично. Ведь ты знаешь, что стоит мне сделать какой-то условный знак, и ты станешь похож на своего друга.

Он вон там, поздоровайся.

В углу, в которой указал Фильмо был стул. На стуле сидел труп. А на трупе мухи. Судя по виду, убитый умер недавно, и по следам на шее, можно предположить что сделано это было удавкой.

—Что он сделал значения не имеет. Всё что можно сказать, он совершил большую глупость, руководствуясь личными интересами и чувствами, которые в нашем мире, Адвен, недопустимы. Или, как в твоём случае, за них приходится расплачиваться, - Фильмо поправил белый воротничок на шее, по привычке отёр широкий шрам на шее.

– До меня доходили слухи о случившимся в Царвере. Неприятно. Я рад что ты выбрался из этой передряги живым.

—Хуже врала только моя дочь. У неё это от матери.

—Кстати о ней. Я слышал её поселили в монастырь святой Ринии, под строгое наблюдение местных монашек… опасные чертовки. Одному моему человеку одна из них ухо оторвала и шею ногтями чуть не вскрыла.