Пепел перемен

Походив вдоль сарая, накопал прошлогодней, жухлой травы и уже спустя какое-то время, в высь, к сияющему диску луны полетели кусочки раскалённого пепла, вальсируя над домами ордой маленьких фей.

—Эй, давай живей делать чего нужоно, - сказал кузнец, хлестанув Рэдрика меж лопаток венником из разношёрстных трав. – Соседи туташние больно длинные носы имеют и сувать их в чужие дельца не гнушаются. А то что я у пастухов выбрал, явно на заварку для пахлёбки не походит.

—Да… Да. В котле воды мало, скоро закипит, тогда и начнём.

Ждать пришлось действительно не много.

Но когда в черноте чугунного котла загудело и забурлило, всё началось. Мидуница, шалфей, фиалка, полевой хвощ, тысячелистник, зверобой и ещё с пол дюжины разных трав в определённом порядке медленно заполняли чан. Затем пошли вытолченные присыпки и единственный найденный на деревне эфир — спирт. Нагнувшийся над котлом Зывик ещё долго шипел и плевался, вдохнув едкие испарения, а после шмыгал текущим носом. Могло даже показаться, что этот набор ароматов пробил ему вторую ноздрю.

Не сбиваясь с комбинаций: тридцать ударов сердца мешать по часовой стрелке, двадцать ударов крест на крест, десять по часовой с плавным переходом в «восьмёрку», Рэдрик то и дело оглядывался на главную улицу. Прислушивался, стараясь уловить из таверны на распуии мужские голоса и хохот.

—Рэдрик, слыш, а… а как эта бурда моей девочке поможет? – спросил Зывик подбрасывая в костёр ломаный прутик. – И ты говорил… предупреждал, что… что-сьти может пойти плохо и она… ну…

—Только сейчас об этом задумались? – спросил Рэдрик невольно добавив голосу едкости.

– Смею успокоить. Самолюбие такого человека как я, не переживёт такого провала как смерть опекаемого больного. А там мы пожмём друг другу руки и растанемся, следуя нашему уговору.

—Слушай, а что за сила тебя отсюда гонит? – спросил кузнец, взяв очередной прутик. Но вместо того чтобы его, как и прошлые сломать, взялся за охотничий ножик, начав его стругать. Красивые завитушки стружки полетели в костёр.

—Сила из-за которой я не смог помочь вашей дочери сразу, - с грустной усмешкой ответил Рэдрик и резко привстал с пня, всматриваясь в противоположный двор.

Сортир, который он обратил уже стоял на месте, а звуки что доносились оттуда, были всего лишь откликами борьбы одного кошака с другим.

Кузнец усмехнулся и разговора заводить более не пытался.

Нужной вязкости жижа в котле достигла только когда луна встала в зенит и казалось, подглядывала, сквозь редкие хлопья облаков.