Эльф на плоской земле. Книга 6. Изгой.

В общем, в результате противостояния я и мои товарищи покалечили несколько десятков пятикурсников. Троих убил я лично. А, если приплюсовать четвертованных и лишённых мной магии девятерых придурков, через череду посредников нанятых матерью и братом Принцессы Аими, то вообще караул.Так как, все они тоже были выпускниками и, по всему выходило, что у всех без исключения стеаршекурсников на меня и мою команду имелся Во-от такущий, агромадный зуб.Который я в любой момент был готов выдрать с корнем, нисколько не сомневаясь в своём праве.

А затем забить в глотку любого недоброжелателя, косо посмотревшего в сторону меня или кого-нибудь из моих друзей.Ректор, чьи, сказанные ему в приватной беседе слова передал мне бывший Император, а ныне курсант Барс по имени Такеши Йошинори, был в растерянности. Мол, если эта компания пробудет во вверенном ему учебном заведении хотя бы месяц, то он рискует вообще остаться без выпускников.Разумеется, всё это мне было озвучено по секрету. А официальная версия звучала как "недопустимость дальнейшего обучения и выдворение с территории Академии вплоть до последующего распоряжения". Самое смешное ну и, безусловно, приятное, было то, что во всех без исключениях случаях, инициатором и зачинщиком являлась пострадавшая сторона.Именно эти безмозглые, руководствуясь только лишь собственной спесью, помноженной на недостаток ума, сами лезли на рожон и, закономерно, отгребали по самое "немогу".А мои ответки с каждым разом становились всё жёстче и решительней. Так что, Абрахам Гордон, посоветовавшись с, в общем и целом, вполне уважаемым мною господином Ватанаби и единожды виденным мной носящим генеральские погоны Джоном Смитом, который такой же "Смит" как я "Коля Петров из Донецка", приняли решение убрать нас от греха подальше и с глаз долой.При этом, наивно полагая, что разобщение нашей, в последнее время очень сдружившейся компании и расселение её по всей Локации, помешает нам видеться и творить небольшие но весьма эффективные маленькие шалости. Ага, блажен кто верует. Отстранив нас от занятий они, сами того не подозревая, развязали нам руки и невольно избавили от навязчивой опеки и пригляда. Бесспорно, так сказать, "на местах" за нами осуществлялся гласный и, очень в этом уверен, негласный надзор.Но, поскольку в нашем распоряжении был стазис, а моя приёмная дочь ориентировалась в нём как в своей детской комнате, создавшееся положение вещей было всем только на руку.Все мы были людьми не бедными.