Сила, способная изменить мир: Предназначение

Он распрямился и вышел на дорогу, с откровенным непониманием смотря на это недоразумение, лишь по ошибке принятое им за преследователя.

— Тебе чего надо?

Малец явно не отличался самообладанием и красноречивостью. Он сначала побледнел, потом покраснел, а потом и вовсе попытался сбежать. Это показалось подозрительным, и Карлос побежал следом, довольно быстро нагнав того, кто сам не так давно был преследователем. Юный соглядатай сдаваться без боя не собирался. Он со всей своей мальчишеской прытью махал руками и лягался, сопротивляясь пленению.

Пришлось пожертвовать поясом, чтобы скрутить паренька.

Карлос поднапрягся, закидывая на плечо свою добычу. Мальчишка всё ещё дергал ногами, пытаясь ударить его коленками побольнее и осыпал ругательствами. Такие речевые обороты можно было подхватить разве что на корабле, однозначно не торговом… Под аккомпанемент витиеватой брани и изысканных проклятий, Карлос вернулся в город. С нечитаемым выражением лица прошествовал по улицам под изумленные взгляды горожан, вошел в ратушу и спустился в подвал, где были оборудованы камеры для тех, кто находился под следствием.

Скинув на кучу соломы своего пленника, он сел на скамейку рядом и устало выдохнул. Хоть и тощий, но паренёк оказался тяжеловат для длительных прогулок. Радовало, что фонтан красноречия иссяк и теперь пленник просто сидел на подстилке, озлобленно смотря в ответ.

— Раз ты наконец-то заткнулся, предлагаю начать допрос. Я, знаешь ли, человек занятой, поэтому предпочту, чтобы ты поскорее рассказал мне, кто тебя приставил шпионить за мной?

Будучи ещё недавно предельно болтливым, паренёк проявил неожиданную молчаливость, затравленно смотря в ответ.

Делиться информацией добровольно он явно не собирался. Карлос глубоко вздохнул, запуская ладонь в волосы, проводя ею вдоль головы и потирая уставшие мышцы шеи. И вот за что ему всё это? Как будто мало всей этой суеты и бумажной волокиты.

— И что мне теперь, пытать тебя?

Мальчишка испуганно выпучил глаза, но продолжил молчать.

Перспектива физического насилия его не обрадовала.

— Парень, день действительно был трудным, — Карлос поднялся, медленно надвигаясь на пленника. — Я не собираюсь тут с тобой расшаркиваться. Говори, кто тебя послал!

Он поднял мальчишку за ворот рубашки. Потрепанная ткань с треском начала рваться и расползаться. На ключице у паренька красовалась ощерившаяся голова черного волка. Пальцы разжались, и пленник рухнул вниз на подстилку.