Сила, способная изменить мир: Предназначение

Карлос спешно снимает с себя сапоги и брюки, разводит в стороны её колени, касается губами затвердевшего соска, слегка прикусывая его. Джана что-то тихо шепчет, едва слышно.

Дразнить её так приятно. Знать, что сейчас она принадлежит ему, наслаждаться ею. Ладонь ложится, а вторую грудь, пальцы сжимают сосок, даря наслаждение, граничащее с болью. Джана обхватывает его ногами, притягивая к себе и покачивает бедрами, отчего член трётся о нежную, влажную кожу. Он подаётся вперёд, чувствуя, как проскальзывает в неё, чувствуя, как плотно лоно обхватывает его.

Карлос целует её, заглушая стон. Сжимает бёдра ладонями, крепко впиваясь в них пальцами, а затем снова толкается в неё бедрами. Джана прогибается под ним, стремясь стать ещё ближе. Ноготки царапают кожу на его спине, путаюся в волосах. Карлос целует её жадно требовательно, сопровождая поцелуями каждое своё движение. Она приглушенно стонет в ответ, играет с его языком и прикусывает губу.

Темп нарастает с каждым движением. Несмотря на открытое окно становится слишком жарко, она невероятно горячая и мокрая внутри.

Каждый толчок словно пронзает насквозь. Хватка на ягодицах усиливается. От стен эхом отражаются её стоны и его хриплое дыхание.

Это движение. И следующее. И ещё одно за ним. Каждое отдаётся ударом сердца в груди. Быстрее, ближе, жестче. Напряжение нарастает, скручивается тугим узлом внизу живота и с финальным рывком разрывается, перекатываясь по всему телу судорогой наслаждения. Он вжимает женщину в стол, утыкаясь лицом её в шею.

Дышит поверхностно и рвано, отдаваясь этому ощущению и её близости. Джана пахнет морем и ромом. А ещё страстью.

Переведя дух, Карлос подхватывает женщину под ягодицы, поднимаясь с ней вместе. Джана что-то лениво бурчит, но не сопротивляется, обнимая его руками и ногами. Он относит её на диван, устраивая у себя на груди и накрывает пледом. Джана нежно целует его и устраивается поудобнее, засыпая практически сразу. Им не нужно разговаривать. Они, итак, всё знают.

Слова только всё испортят. Он перебирает пряди её волос и тоже засыпает.

Перед рассветом она уходит. Джана тихо встаёт, а он разжимает ладонь, отпуская, и делает вид что спит. Наверное, он мог бы предложить ей остаться, но она не сможет жить жизнью хозяйки поместья и жены губернатора. Наверное, она могла бы позвать его с собой, но он не может бросить Форт Роял и свою работу, не может бросить свою страну. Поэтому она не зовёт, а он не просит остаться.