Орки тоже люди.

В тоже время коновязь покосилась, каменный борт колодца изрядно замызган грязью заметной даже в сумерках. У забора развалилась поленница дров, паленья валяются в грязи и некому сложить их обратно. Видно, местный хозяин совсем опустил руки, но нам выбирать не приходиться, я потянул входную массивную дверь. Пришлось приложить усилие, а несмазанные петли резанули по ушам противным скрипом.

В обеденном зале стоял сумрак. Десяток масленых светильников чадили на стенах. Дыма от них было больше, чем света.

За деревянными столами из неструганых досок сидел десяток посетителей не самой приятной наружности. Причем не все из них были в сознании, парочка уже пускала пузыри в лужах собственной блевотины. За стойкой у стены стояла тучная женщина преклонного возраста в сером бесформенном платье и фартуке с подозрительными пятнами, что смотрелись черными в местном освещении. По ее взгляду я понял, что даже в этой дыре мне не рады. Достала меня за сегодня эта дискриминация по расовой принадлежности. На улице пялятся словно я Пугачева посреди Саратова. Из приличных заведений выгоняют словно негра в Лондоне в шестидесятые.

Выбрав столик у стены, по дальше от основной массы посетителей мы с Кирой сели. Хозяйка с какой-то обреченностью в глазах, явно не ожидая ничего хорошего от новых посетителей, подошла к нам и спросила:

- По есть, выпить, ночлег?

Ну хоть выгонять не стала и на том спасибо. Кира сидела, все так же нахохлившись и молчала, пришлось брать инициативу в свои руки.

- Здравствуй мать – поздоровался я – нам бы перекусить с дороги, да и от пары свободных комнат не откажемся если цена не высока. Поиздержались в дороге.

Пока я произносил свой короткий монолог на лице женщины калейдоскопом сменялись эмоции. Изумление – эта зеленая гора мышц может внятно разговаривать. Непонимание – мало того, что внятно, так еще и вполне вежливо. Явное облегчение – орать и крушить мебель никто не собирается, требуя выпить и девок. Похоже рву шаблон, я даже улыбнулся этой мысли и сразу понял, что зря.

От моей мимики в глазах женщины промелькнул страх, но она смогла справиться с собой и произнесла:

- Есть хлеб, сыр и молоко. Горячие придется немного подождать. Две комнаты будут стоить один серебряный в день. Кормежка отдельно. Выпивку брать будите? Есть дрянное пиво, сивуха. Вино не предлагаю - дорого.

Да с маркетингом тут совсем плохо. Нашему АВТОВАЗу бы таких продавцов консультантов.