Эльфийские звёздные войны

Вот только один раз разбитой утренней тишине уже было не суждено собраться обратно. Обитатели окраины просыпались и расходились по своим делам. Наступал новый день и требовалось позаботится не только о хлебе насущном, но и о том чем придётся питаться мокрой и долгой петербургской зимой и чем греться-обогреваться, пока она не закончится.

Тем прекрасным утром Монеточка и Блоха проснулись под генеральским мостом, названным так в честь генерала Агаркина. Генерал прославился тем, что в третей континуальной войне сумел остановить прорыв объединённого бразильско-мексиканского корпуса с помощью реквизированного парка паровых тракторов.

Рабочие аромовского завода спешно обшили тракторы противопульной бронёй, после чего генерал повёл импровизированные танки в бой ударив во фланг не ожидающим ничего подобного бразильцам. Собственно, после этого демарша полковник Агаркин, личной милостью Императора Михаила, и стал генералом.

Вообще-то ночевать под мостами неудобно. От воды тянет холодом, а каждый второй полицейский непременно захочет спуститься и прогнать замеченных сверху попрошаек.

Генеральский мост, в этом плане, выгодно отличался от других.

Во-первых, это второй по длине мост города и среди его опор есть где спрятаться так, чтобы сверху не было видно. Поди попробуй ещё разберись, вглядываясь со света в царящий под мостом полумрак, что там лежит: груда мусора или спит укрывшийся видавшим виды одеялом нищий.

Во-вторых, генеральский мост построен так, что между его опор полно отличных закутков куда не задувают ветра и почти не проникает идущий от воды холод.

Вдобавок, нагретые днём камне ещё долго отдают накопленное тепло и ночевать под ними вполне комфортно даже ранней осенью.

-Как в номерах гранд-отеля его императорского величества, -иногда добавляла Монетка желая подбодрить Блоху в неудачные дни, когда они оба оставались без ужина и вынуждены были ложиться спать на голодный желудок.

Многие принимают Блоху и Монетку за брата с сестрой. Даже в реестре сиротского приюта имени святой Анны Австрийской эти двое записаны как сироты Гранатоедовы.

Так это на самом деле или нет не знает никто, даже они сами. В реестре сиротского приюта, честно говоря, полно ошибок. Одни дети там записаны под именами других, а кто-то и вовсе значится под непонятно откуда взявшимся выдуманным именем и фамилией.

Ребята только помнят, что последние три, а может быть четыре, возможно даже пять, лет они держатся вместе.