Элементали. Том 3. Голем

Стоял у входа в то здание, где ты лежала в родиевом саркофаге.

– Все эти годы? – брови Ангелины, словно жившие своей собственной жизнью, взметнулись вверх.

– Все эти годы, – подтвердил Морозов, видимо, решивший больше не выпадать из диалога. – Подозреваю, таким было его наказание. Это вполне в духе вашего папочки, верно?

Спорить Ангелина не стала. Вместо этого она зацепилась за слова Ареса:

– Наказание? За что? Он ведь вместе с Прометеем пришёл.

Игорь про себя отметил, как упорно она отказывалась именовать Главу огненного Дома своим отцом.

Что ответить матери, Лазарев не знал. Зато, похоже, знал Морозов, и держать информацию в себе он даже не пытался:

– Большинство из тех, кто в курсе, что Павел не выходит за пределы территории особняка Прометея, считают, что это вызвано застоем в его силах. Якобы развитие перспективного сына Главы Дома прекратилось, и разочарованный отец запретил ему куда-либо выходить, приказав сосредоточиться на тренировках. Даже взрослые дети остаются детьми для своих родителей, особенно – если родитель силён и деспотичен.

Другие, более осведомлённые, догадываются, что Павел участвовал в нападении на Земцовых, предполагают, что он не справился со своей работой, – Морозов кинул быстрый взгляд назад через водительское зеркало, – и думают, что причина недовольства Прометея заключается именно в этом.

– И что же из этого правда? – изобразила участие Ангелина. У неё наверняка было немало талантов, подумал Игорь, но среди них явно не было актёрского мастерства, потому что лицо девушки явно выражало, насколько она не в восторге от долгих подводок Морозова.

Увидев, что Игорь на неё смотрит, она расслабила нахмуренные брови, чуть покачала головой и закатила глаза. Игорь улыбнулся: почему-то это простое действие показалось ему очень милым.

– Правда? – переспросил Морозов, словно ведущий какого-нибудь телешоу, привлекающий к себе максимум внимания. – Ни то, ни другое. Так уж вышло, что правду из ныне живущих знают лишь несколько человек. Почти все из них – члены Дома Прометея.

– Арес едва заметно улыбнулся, наслаждаясь моментом, к которому так тщательно подводил своих слушателей. – Кроме меня.

Определённого эффекта Морозов достиг: Соня, до этого безучастно глядевшая в окно и делающая вид, будто совсем не причастна к происходящему, с шумом втянула воздух и покосилась на Ареса. Ангелина чуть наклонила голову набок, ожидая продолжения. Всё это мелькнуло где-то на границе внимания Игоря, потому что он и сам невольно напряг слух.