Ликвидатор на службе Империи

Ведь только мы способны закрывать прорывы… связанные с гостями из других миров. И многое другое.

Происходящее напоминало мне дешёвое представление. Опытный мужик пытался убедить меня в грандиозной важности никому не известной организации и всячески старался вызвать моё доверие. Если бы я мог, то, скорее всего, уже бы просто встал и ушел. Но я не мог.

— Я вижу и прекрасно понимаю ваше отношение к моим словам, — добродушно улыбнулся Штерн. — В это трудно поверить, но вы сами успели столкнуться с одним из таких гостей.

Чужаки уже давным-давно стали частью нашего мира. Благородные роды берут их под своё крыло, обеспечивая всем необходимым, а империя рассчитывает на их силу в случае опасности.

— Какое замечательное единодушие, — вспомнив опыт общения с Воронцовым, процедил я. — Мир, радость и счастье!

— Не всё так однозначно, господин Волков, — покачал головой Штерн. — К сожалению, от последствий этой силы никуда не деться. И кто-то должен заниматься устранением нанесенного ущерба и закрытием прорывов мироздания… Если бы не мы, то всему миру уже пришел бы конец.

Всё погрязло бы в разрухе и войне, если бы, конечно, что-нибудь осталось… Поэтому очень сложно переоценить нашу работу. Зато многие, такие, как вы, недооценивают её.

— Ага. Понятно. То есть вы просто прибираетесь за этими высокомерными выскочками, — пытаясь вывести собеседника из равновесия, произнёс я. — Можно сказать, прислуживаете им…

— Не стоит заблуждаться, юноша! — резко ответил Фёдор Иванович. В этот момент в нем впервые проглянуло что-то настоящее.

— Мы напрямую подчиняемся императору, и ни одно самое знатное и могущественное семейство не имеет над нами власти. Только император! А мы, в свою очередь, решаем, что делать со всем остальным. Даже сами гости знают лишь малую часть о нашей истинной деятельности…

Я ненадолго задумался. В словах серого слышалась неприкрытая гордость и уверенность. Это заставляло взглянуть на наш разговор иначе. В итоге я решил задать ещё один вопрос:

— А что вы имели в виду, когда говорили о каких-то прорывах мироздания, Федор Иванович?

— После смерти чужаков происходит мощный взрыв, который способен порвать саму ткань реальности, — охотно, словно вступив на знакомую территорию, пояснил Штерн.

— В этот момент в наш мир способны пробраться самые различные существа. Именно мы и устраняем подобные последствия.

Ответ показался дежурным и очень расплывчатым. Как, впрочем, и все предыдущие.

— Звучит как сказка, — улыбнулся я.