Пограничник

у одной из стен, располагалось около десятка горшков из которых тянулись толстые листы растения, кажется, зовущееся тёщиным языком.

- Ну что, Алкаша, теперь тебе не помогут твои дружки, - сказал я самым зловещим тоном на который только был способен. При этом мы вместе с Михаилом налегли на свои концы верёвок, заставив бедного Алкашу повиснуть над землёй. - Ну что ты мычишь? Зазываешь местного быка, чтобы он тебя оприходовал? Ну а что, завёл себе петуха в качестве тотема, а сам значит решил петухом не становиться. - Что-то мне подсказывало, что жаргонный язык с подобными оборотами вполне подходил для нынешней ситуации и был понятен красноносому.

Закончив с привязыванием верёвки к столбу, я подошёл к Алкаше вплотную и опустившись к самому его лицу, прошипел:

- Сейчас я вытащу кляп, Алкаша, вздумаешь орать, я вставлю его обратно, а потом отрежу тебе палец. После чего я повторю то что ты не понял с первого раза.

Красноносый так интенсивно закивал головой, что чуть не стукнулся затылком о землю.

- Отлично,- ровным голосом ответил я.

Не спеша я развязал верёвку и вытащил из его рта моток ткани.

Красноносый тут же закашлялся и принялся отплёвываться.

- Не Алкаша я, а Аркаша. Аркадий Петрович, - наконец затараторил он. - Я химик между прочим. Всё этот Грон с его унизительными прозвищами, сплюнул он. - Я из-за него два раза подох. А мне больше нельзя, слышите. Если умру, всё конец.

Устав слушать поток сознания от бывшего химика, чьё проспиртованное лицо вполне подтверждало его слова, я размахнулся и отвесил ему оплеуху.

Красноносый тут же заткнулся.

- Вот сейчас, ты мне расскажешь всё что знаешь, про этот мир, про способности, где врата, зачем мы на самом деле понадобились вам. Понял? - Алкаша снова часто закивал, а я повторил первый вопрос: - Рассказывай всё что знаешь про мир.

- Так я это, сам почти ничего не знаю. И Грон толком ничего не знает. Он всего здесь три месяца. А я только месяц. Только курицу нашёл, да научился огонь из рук пускать. Ходим по округе разыскиваем безопасные места. Про ворота никто не говорит, или не в курсе, или из вредности молчат. Грон говорит был рядом с границей, но его на атомы распылило, поэтому он и убивает мостров, чтобы сильнее стать. Я только своего старика смог разговорить после второй смерти.