Безродыш. Предземье

На по-настоящему старого зверя обычные мерила не примеряй… Всё пропало! Конец мне! Теперь уже точно.

Мгновенно пришла мысль поддаться болоту. Руки, ноги к себе – и калачиком вглубь. Пусть уж лучше меня Гиблая гниль заберёт. Но жажда жить победила, не дала вот так сдаться. Пока я ползу, я живу. А вдруг не догонит? Вдруг сдастся? Надежды пустые, но других сейчас нет. Что там впереди? Далеко ли до следующей кочки?

А что? Заберусь на неё и дам бой. Пусть последний, но бой. Зверь в жиже беспомощен – оттолкнуться, пока ползёт, не от чего.

Сигану ему на загривок – и ножом в основание черепа. Вдруг получится проткнуть шкуру?

Да кого я обманываю… Шкура там, что железо. Видно же, что зверь очень старый. Троерост там такой, что по крепи полсотни долей. Разве, что своим прыжком притоплю. Тоже вряд ли, но вдруг. Так, и где там та кочка? Видел же вдалеке. Тяну голову. Залепившая лицо грязь затрудняет обзор.

Ёженьки! Это что? Это то, о чём я подумал? Быть не может! Нора!

Нора! Точно! Прямо над той кочкой зависла.

Ошибиться никак. Я хоть прежде сам нор не видал, зато сотни раз слышал про них. Это же диво такое, что всякий, кто сталкивался, до старости потом про неё болтать будет. Да и разве такое с чем спутаешь?

Воронка-зыбун из густой желтоватой мглы висит в воздухе. Всего локтях в двух от мха. Норы в Бездну всегда появляются так, что до них достать можно. Не птице, человеку достать. А всё потому, что оно на людей и рассчитано. Туда кроме нас никому хода нет. Старики сказывают, что звери и не видят нор вовсе.

Не под них те ловушки.

Хотя, кому ловушка, а кому шанс, от которого не так просто и отказаться. Иные смельчаки специально те норы ищут. Ведь в Бездне не всех ждёт погибель. Кто прошёл испытание, получает чудесный дар. Там, и доли по троеросту, и жизни отмеры – слыхал, одному городскому десяток лет на раз привалило – и полезные способности всякие: огонь зажигать без огнива и трута, во тьме, как днём, видеть, запахи чуять, как муфр, раны лечить и чего только нет.

Великий соблазн. Оттого и жрёт Бездна людей по чём зря. Многие готовы рискнуть, да не многие возвращаются. Едва ли один из десятка обратно выскакивает. Хорошо, что появляются норы редко и в основном в самых труднодоступным местах, а то бы совсем в Предземье людей не осталось. Да и в других поясах, небось, тоже. Норы-то, они везде есть.

Но плевать! Всяко лучше, чем сгинуть в трясине или муфру достаться. Жёлтый цвет – серединка.