Некромант Серогорья

Будь противником мой неумелый костяк, уже давно разделил пополам, но на втором круге выживают только самые сильные и безжалостные. Страшно подумать, что за монстры на остальных. Рукоять молота вышла на блок, древняя сталь схлестнулась с мечом. Ярко красный кончик переломил молот как тростинку, чиркнул по скуле, оставив багровый след, как от раскалённого прута.

– Думаете меня остановит нежить! – прокричал Комар. – Этот меч освящён Ра.

Комар пнул костяк ногой и перешёл на следующего. От взмаха в воздухе осталась оранжевая дуга, остывая, перешла в малиновую.

Меч с треском врезался в череп, тот отлетел и укатился к новым наступающим.

– Откуда у тебя мой меч!? – прокричал я так, что услышали на другом конце леса.

Комар воткнул оружие в очередного по самую рукоять, долбанул шлемом в челюсть. Его воины постепенно приходили в себя. По двое, по трое, они атаковали, и пепельных становилось меньше. Над полем боя протрубил рог, его незримый дух будто проник в каждого. Воины, даже раненые гордо поднимали головы, с ненавистью сжимали оружие.

На кону судьба мира, и чтобы победить абсолютное зло в моём лице надо встать и идти, идти и сражаться, даже если сочится кровь из глаз и недостаёт пары конечностей. Долг человека – бороться до конца. Последнего скелета прижали к дереву пиками, подняли до нижних поверхов. Он извивался как уж на сковородке, даже не скажешь, что давно мёртв и проклят, жить всё равно хочет. Его пригвоздило намертво три болта, оставив висеть как знамя победы живых. Вокруг Комара постепенно собирались свои. Угрюмые воины в шрамах почти скрыли его за стеной мятых лат. Он остановил друзей, протиснулся вперёд замерев шагах в десяти.

– Я сперва не поверил Талосу, когда услышал о твоём возвращении. Самый сильный паладин в истории игры не мог переродиться некромантом.

Комар снял шлем и отбросил в сторону. Под чёрными волосами, что торчат как ёжик, цепкие зелёные глаза. – Помнишь, ты называл меня братом? Одумайся, верни артефакты. Они не то, чем кажутся.

Я почувствовал, что позабыл всё на свете, даже то, что застрял в игре.

Ноги налились свинцом, но силы ответить нашлись.

– Пожалуйста я сам решу, что делать. Верни меч.

Комар вгляделся в безупречно прямое лезвие меча, мысленно переносясь в прошлое. Солнечные лучи с удовольствием касаются матового металла, скользят до самого кончика, где алеет божественная метка. Потёртые боем ветераны смотрят с уважением. Рядом настоящий лидер, что ведёт войска от рейда к победе.