Некромант Серогорья

Асассин в жёлтой тряпичной маске расширил глаза, я с нёсся как одержимый демонами. Посох метнулся к голове. Асассин едва увернулся, отбросил короткий лук и перекатом ушёл от сабли. Эффект неожиданности потерян, но некромант я, или нет… Лич прошелестел справа, в костлявых ладонях полнится и ширится тёмный шар. Одна мыслекоманда и кому-то придётся несладко. Асассин замер в боевой стойке, обнажив рапиру. Глаза над маской быстро скачут от меня к личу, переходят к необычному для волшебника оружию.

– Чего вам от меня надо?! – крикнул я.

– Того же, что и всем остальным, – ответил прокуренный женский голос. – Ты пойдёшь со мной.

– Лёш, нашёл что?

Я почти обернулся предостеречь, плечо обожгла боль. Зубами выдернул сюрикен и ринулся в атаку. Рядом рассекла воздух вторая звёздочка. Русана вскрикнула. Некогда смотреть что с ней. Посох скрестился с рапирой, повёл по дуге и не дожидаясь, сработал локтем. Наёмница отпрянула, вытерая с маски красный подтëк. От некроманта не ждала такого, впредь будет осторожнее. Во второй руке блеснул нож.

Бросилась, как разъярённая кошка, замельтешила сталь. Рядом проносились тёмные шары, но все мимо.

– А х ты гадина ловкая, – рявкнул я и активировал скелета. Ржавый меч почти достал её сзади, но асассин не глядя блокировала кинжалом, и так каждый раз. Я бил как умею. Посох целится выбить то глаз, то мчится в висок, а сабля едва успевает отбивать выпады. Рапира гудит. Колющие выпады незримо переходят в размашистые удары, так и норовят снести голову. Я стиснул зубы. Даже с личем в своëм тылу и скелетом позади неë, наёмница хороша.

Выносливость уже на границе красной зоны. Чувствую руки скоро отвалятся, но терплю. Не хватало ещё бывшему паладину проиграть какой-то бабе, хоть и обученной всякому разному. Пора доставать козырь. Я метнул посох как копьё и тот удачно вылетел в окно вместе с занавеской. Асассин явно не ожидала, на миг растерялась, а я уже держу привычный раскрытый позвонок. От руки потёк приятный холод, мы с кинжалом давно вместе, понимаем друг друга с одного удара. Рапира вновь схлестнулась с саблей, но теперь нож соперничает с моим, изогнутым и опасным. Сталь замельтешила быстрее, звон могли бы услышать на улице.

– А ты неплох, некромант. Лучше сдайся. Наёмница увернулась, хлëстко ударила скелета-воина в колено, и его голова удачно оказалась на уровне ножа. Мы с личем остались вдвоём.

– Не могу, – ответил, отводя рапиру и одновременно блокируя нож у пупка. – Вот снимешь маску, подумаю. Давай Гюльчитай, не ломайся.