Некромант Серогорья

Скелет-воин озадачил колдуна, особенно когда в два прыжка оказался рядом, беззвучно замахнулся, целясь в артерию. Заклинание прервалось и теперь пусть и ненадолго, бывалому магу пришлось защищаться. Посох схлестнулся и небрежно, без усилий отвёл меч в сторону.

Я в прыжке дёрнул Русю за пятку. То ли невидимые путы ослабли, то ли Амон Анвару стало не до этого, но ведьмочка упала точно мне в руки. Почувствовал её согревающее тепло, дурманящий пряный запах сонного тела. Почему-то она стала близка. Совсем потерял голову за игрой, раз испытываю чувства к выдуманному персонажу.

– Всё будет хорошо Русь, прорвёмся.

Она с наслаждением потянулась и зевнула, поджала ножки, а я невольно услышал, как просвистел впереди воздух, стукнуло дерево. Меч давил на посох, скелет ещё сильнее надвинулся сверху, всем корпусом продавливал защиту, сантиметр за сантиметром приближался. Затрещали кости, в груди что-то хрустнуло, и лицо колдуна исказилось в страхе. В таком состоянии он моему скелету не соперник. Ещё мгновение и ржавый конец войдёт в глаз, в критическом ударе коснётся мозга.

Неужели победа, мелькнула шальная мысль. Так просто не может быть. И действительно, – не может.

Мана – 0

Кости осыпались, будто вытряхнули мусор из мешка. Амон Анвар с бескровным порезом на правой щеке, весь помятый и сгорбленный, недобро оскалился. Кривая улыбка сулила мне долгие и страшные муки перед смертью. Я бережно опустил Русану, шагнул через тело навстречу.

– Не ожидал, – хрипло просипел колдун. – При встрече со мной половина вранов обделывается, а другая просит пощады.

Ещё будут фокусы?

– А ты поближе подойди, тогда и узнаешь.

– Посмотрим, как будешь шутить в теле жабы. Для игрока это хуже смерти, я знаю. И девку тоже не пощажу, не надейся.

Амон Анвар поднял посох, приготовился сказать финальные слова. За его спиной с дерева сорвалась тень, растянулась чёрной дугой. Колдун заметил мой удивлённый взгляд, тоже обернулся, но опоздал увернуться, тень вытянула когтистые лапы и вцепилась в красный кристалл.

Руки бессильно выпустили посох, а колдун упал на колени, голова склонилась. Мунин швырнул длинный посох мне, и после разворота приземлился. На плече потяжелело от грузной птицы, и я обратился к нежданному помощнику, который спрятал голову под крыло и принялся вычищать пёрышки:

– Почему так долго? Плохо заставлять старика Амона ждать. Видишь, как перекосило бедолагу, даже не здоровается.

– Я сразу понял, что дело тут нечисто, – встрепенулся ворон.