Некромант Серогорья

Один попробовал вякнуть на орка, но увидев того ближе – раздумал. Зеленокожий выше на голову, а в плечах почти Дарт. Глаза налиты кровью и желанием крушить всё, что попадётся под зелёную лапу. В нижней челюсти короткие белые бивни, на шее амулет из гоблинских черепов и сушёных ушей – амулет на силу. Орк схватил парня за шею и поднял из обломков на уровень глаз.

– Ну вот и всё дорогуша. Сам предложил. Лёгких денег захотелось? Уругхала ещё никто не побеждал!

Парень безвольно держит руки вдоль тела, правда теперь уже ясно почему, по крайней мере мне точно.

– Между прочим, ставка выросла до шести к одному, – потирая ладони, подсказал Гранд. – На пиво заработаешь, это я тебе гарантирую. Даже налью самолично.

– Согласен. Ставлю на того паренька пятьсот золотых.

Я вытащил мешочек, монеты звякнули о стойку. Гранд пытался что-то сказать, но словам не хватило формы чтобы выбраться наружу. Он поперхнулся и осторожно потянулся к монетам, боясь спугнуть удачу. Видать сам уже поставил на чемпиона.

Отдано 500 золотых

– Принято. Ну я всё равно угощу тебя, за смелость. Риск – дело благородное, для настоящих мужчин.

Он наклонился под стойку и достал зеленоватую бутылочку с бесцветной жидкостью. Я пропустил, как в мясистых пальцах оказался гранёный стакан. Гранд улыбаясь накапал половину. От жидкости крепко пахнет спиртом, причём самым что ни наесть настоящим – медицинским, чистым как слеза праведника.

Хотел пригубить пойло, уже поднёс к губам, почуял нотки мяты в знакомом прошибающем нос букете, но сзади толпа ахнула, да так что обернулись и за дальними столами.

Звероящеры похватали мечи и поспешили смотреть бой. Я тоже обратил внимание.

Орк лежит лицом в пол, а парень выгибает толстую как дерево руку, выкручивает до хруста кость. Уругхал кричит, бьёт кулаком в пол.

Когда успел пропустить? Только же говорил с Грандом.

Парень отпустил, отпрыгнул назад, мгновенно принимая боевую стойку. Теперь выглядит как высеченная из камня глыба, слабость выветрилась.

Одна рука готова поставить блок, другая бить, но что-то подсказывает это кривляние для толпы, отвлечь зевак от настоящих навыков, что вырубают если не с одного удара, то со второго наверняка впечатывают в стену или прошибают насквозь. Ладонь поманила орка нападать.

Орк вскочил, с красными яростными глазами ломанулся на врага, что так неожиданно унизил при всех. Для мужчины это оскорбление, прощать нельзя, предстоит проучить наглеца.