Ведьмак поневоле

Идиоты! Я и большинство моих бойцов понимали, что мы смертники, только лейтенанты Звягинцев и Портнов радовались возможности стать героями. Остальные же мрачно поглядывали на меня, постоянно отводя взгляд. Отказ от этой безрассудной затеи командования равноценен нарушению присяги, военному трибуналу мы предпочли неминуемую смерть. Надежда оставалась одна - долетев до цели, мы сможем выжить, я по-любому не дал бы своей группе глупо погибнуть на земле, на суше нужно было трястись от страха натовскому батальону охраны.

Мы пролетали над Венгрией, когда с земли начали требовать посадить наш самолет на местном аэродроме, наши пилоты пытались протянуть время и пересечь границу с Австрией, однако через шесть минут ПВО направило на нас пару ракет земля-воздух и еще через минуту наш транспортник превратился в факел, разлетающийся осколками метала.

Очнулся я в белоснежной палате госпиталя - из капельницы в мою вену поступал раствор бесцветной жидкости, не успел я удивиться своему чудесному спасению как получил шок от вида своей левой руки, из которой выглядывал катетер системы - рука принадлежала ребенку.

Я мгновенно вспотел от ужаса происходящего. Медленно подняв правую руку и пошевелив пальцами я убедился - или я сошел с ума, или я действительно стал ребенком. Я ущипнул себя за ухо и понял - бред происходящего все таки реален. На голове я нащупал бинты и постарался проанализировать сложившуюся ситуацию - Видимо после смерти я "попал", то есть стал попаданцем, несколько книг о провале во времени или в чужие миры я прочитал в сети, посмеиваясь над незамысловатостью сюжетов и похождениями героев в чужих или своих детских телах.

За окном день плавно переходил в сумерки.

Осталось определиться, в чье тело занесло меня, если я не в своем детстве, то где я тогда оказался!

Открылась дверь и в палату вошла красивая блондинка лет двадцати пяти в коротком белом халатике, открывавшем сногсшибательные длинные ноги, халатик был такой длины, что при ее наклоне обязательно было бы видно ее нижнее белье.

Грудь вошедшей блондинки была третьего размера и ее полушария так и стремились вывалиться из глубокого разреза. Я невольно сглотнул и подумал, что будь я в своем прежнем теле, мой стояк заставил бы меня покраснеть.

Врач или медсестра подошла к моей кровати и немного наклонилась проводя своей рукой над моей головой. Ошарашило меня не отсутствие трусов под задравшимся халатом, а голубое свечение ее ладони.