Шабашник

Сейчас с сада иду, мимо забора где, знаешь? И тут передо мной прямо из кустов выскакивает парень молодой – лет двадцать максимум. Кавказец какой-то или азиат – я в полумраке не разобрала, чёрненький такой. Глаза выпучены, весь бешеный – меня увидел, заорал и в лес убежал, дороги не разбирая. Я уж к платформе-то в обход пошла, чтоб через деревню – там хоть в окнах свет горит, люди живые есть. Вот что он там в кустах делать мог? Может, больной?

– Нет, не больной это, а наркоман. Или продавец-закладчик. Сейчас ведь знаешь, они не из рук в руки продают, а в подъездах, во дворах прячут, а потом покупателю только координаты сообщают – тот идёт и забирает.

Но в городе свидетелей много, там их милиция гоняет, а здесь, на окраине, им и вольготно. Так что спугнула ты его и хорошо, что всё обошлось. Ты одна бы не ходила тут вечерами, а то мало ли – если эти у вас там повадились, то добра не жди.

– Ой… Конечно, я теперь без мужа в сад одна не поеду… А парень-то симпатичный такой, только испуганный. И наркоман… Нет, лучше бы в армии служил.

Пропадёт ведь ни за грош.

– Жалко их, конечно. И чего они вот все тут забыли? У них ведь там тепло, там фрукты, там море, а тут у нас что?

– Ну, не скажи. Вот я сегодня шла – такой воздух вкусный – хоть ножом режь и в банку на зиму оставляй! Когда вот вся эта прелая листва, свежесть от речки, запах дыма… Словно последняя улыбка природы – грустная, но очень красивая. У меня даже голова кругом идёт! И зачем им все эти наркотики, когда благодать такая кругом?

Приятный, но холодный женский голос из динамика: «Киров.

Конечная остановка».

– Ладно, пока. Вот меня Миша на перроне ждёт – побегу.

– Пока! А я посижу, подожду пока все выйдут – оно хоть и последней, зато не толкаться.

Глава II

18.09.201…года. Киров.

Сергей свернул с железной дороги не направо, в сторону деревни, а налево, на запасную боковую ветку и по ней, мимо разграбленных и разрушенных кооперативных гаражей, вышел на примыкающую к заводу промзону.

Завод когда-то имел всесоюзное значение: под прикрытием сельскохозяйственного машиностроения он выпускал изделия предназначенные для самых решительных и окончательных битв, но не всегда за урожай. Теперь этот завод выпускал шпингалеты, плохие дверные замки и фрезерные станки. Говорили, что в последние годы заработали линии, брошенные ещё до Перестройки, и там снова наладили выпуск разных специальных изделий крайне узкого спектра применения, но широкого воздействия.