Похождения дилетантов

Наши фрегаты шли против ветра, маневрируя галсами, каждый раз нос пересекал дующий навстречу ветер, но иного способа двигаться вперед не существовало. Команда сбилась с ног, брасопя реи. Это была тяжелая работа.

Вся моя группа по-прежнему упорно тренировалась, мы проводили учебные бои, а дамы обучались у мессира Бакера. Кстати, один из бретёров вызвался нас тренировать.

Где-то на третий день с мачты прокричали о новой цели. Это оказалась эскадра из трех тяжелых корветов, каждый нес двадцать восемь пушек и имел скорость превосходящую нашу на полтора-два узла.

Маршаль, взглянув в список, сразу определил их как флотилию Костяного черепа.

— Крупная рыба попалась на нашем пути, — ворчал себе под нос капитан, — но будь я проклят, если его удастся легко изловить.

Еще какое-то время мы шли вперед выбранным галсом, но тут капитан приказал:

— Восемь румбов[3] влево, курс на перехват, — что и было выполнено со всей возможной поспешностью.

Теперь мы шли в полветра, то есть ветер, дувший нам ранее навстречу, дул с борта. Скорость резко возросла, а «Смелый орел» заметно накренился на подветренный борт. Палубная команда снова обрасопила реи и ушла отдохнуть.

Пиратские корветы заметили наш манёвр и правильно его истолковали. Они набрали максимальную скорость, потом поставили лиселя и уходя вправо, к берегу одного из крупных островов, пытались проскочить и уйти под ветер на максимальной скорости. Их капитан тоже был морским волком и отлично представлял на что способны как наши фрегаты, так и их более быстроходные корветы.

Однако они не учли ветер мессира Бакера, впрочем, их опытный капитан о нем ничего не знал.

Вскоре мы встретились с одним из корветов и дали залп по нему книппелями, превратив его паруса в драные лохмотья. Скорость хода корвета упала пополам и он теперь шел не больше семи узлов. «Смелый орел» быстро приближался и хотя пираты тоже выстрелили из кормовых пушек книппелями, но эффект от двух пушек по сравнению с двадцатью четырьмя был мал и мы вскоре поравнялись с его бортом и наши абордажники закинули кошки.

Кто-то из пиратов кинулся рубить лини кошек, но залп из двух фальконетов, а следом из трех десятков мушкетов отбросил их в укрытия. При этом десяток изрешеченных картечью трупов, остались плавать в лужах собственной крови посреди палубы.

Обескровив пиратов, призванных встретить абордажную команду, наши бросились на абордаж.