Левый берег

Теперь ни одна живая душа не смогла бы приблизится к нам не замеченной.

Наконец, я ослабил пояс и уселся перед огнем. Тьма уже стала вокруг костра тяжелой стеной. Впервые за эти сутки я мог расслабиться и хорошенько подумать.

Для такого рода занятий как нельзя, кстати, пригодилось призовое вино. Я сходил в шалаш и прихватил с собой заметно похудевший турсун. Адин изрядно приложилась!

Сделав фундаментальный глоток, с удовольствием для себя отметил его достойное качество.

- Эта девушка очень не простая штучка, - думал я, - ее феноменальные качества владением оружием против двух мужиков просто поражают.

Откуда эти рыцарские навыки у слабоумной косноязычной наложницы? Не случайно в погоню за ней этот старый слепыш Каспер послал целый отряд хорошо вооруженных бойцов.

- Тут, несомненно, какая-то тайна, - подумал я,- интересно, намерен теперь старик послать за Адин второй отряд?

Сделав очередной глоток вина, я стал думать об Иаме. Соглашаясь передать письмо Роби, я намеривался использовать знакомство с ним в корыстных целях.

Не закончится ли теперь это знакомство моим торжественным повешением на одной из площадей столицы? Меня так и подмывало вскрыть восковой пакет Каспера. Однако, я подавил желание, решив сделать это позже.

Вино действительно было хорошим. Тело мое расслабилось, легкий туман и эйфория окутала мои мозги. Как человек, немало поработавший над пониманием процессов происходящих в человеческом теле, я понимал, что неумолимо пьянею.

Я легко представил, как этиловый спирт медленно закупоривает мои мелкие сосуды, из-за чего кровь перестает доставлять в головной мозг кислород.

Именно кислородное голодание вызывает такое состояние, которое я теперь испытывал. Я резко крутнул головой и вылил остатки алкоголя в костер. Нагретая древесина зло зашипела, выпуская в ночной воздух дым, пахнущий уксусом. Пошатываясь, я зашел в шалаш и лег на мягкий и душистый ельник.

Закрыв глаза, я сразу увидел своего сторожка. Меня всегда удивлял его экстравагантный вид.

Во-первых, он почему-то был фиолетовым. С головы до пят. Фиолетовым был и его шутовской колпак с сине-желтыми бубенцами.

Короткие порты чуть ниже икр и фиолетовые голые ступни. Сторожок всегда был бос. И зимой и летом. Имя его было Зеленя.

Зеленя весело бегал по магическому кругу, очерченного мной и, как всегда, бормотал свою любимую глупую считалку:

Жили-были три селёдки:Кутя, Путя и Балда.Кутя, Путя спали вместе,А Балда спала одна.

Я улыбнулся и уснул.