Мир Мельхиора 9 - Орден Звёздного Зверя

Победа змеиных иерархов и созданных ими чудовищ означает для реального мира натуральную катастрофу. Если бездушный бог сумеет возродиться и найти путь в мир-темницу, для Земли это будет означать конец. Как это было для павших империй сора, асу, тари, аму и чиффари.

Для меня это тоже не означало ничего хорошего, с учётом статуса глашатая. Как и для Ласки по понятным причинам.

Но змеи ведь не отстанут, да и Тишь тоже. И пустотники…

Хорошо, а если всё выйдет? Это было следующее, о чём я подумал.

Допустим, мы выполним задумку Ректора.

Мельхиор станет независим от мира-темницы. Что это означает для нас с Лаской и для моих друзей?

Сражение со всем миром и древнее зло за спиной. Тогда моя жизнь будет тесно связана с Доминионом и Ректором, а будущее будет будущим магистра Синаэля из башни Звёздного Зверя. А моими врагами будут враги города.

Но как справляться с этим я понимал всё же лучше, чем что делать с угрозой из реального мира. К тому же, это моя возможность исполнить клятву. Мой арсенал способов возрождения на данном этапе состоял из пустотной реставрации Стикса, физического восстановлением тела от магии воды, жреческое возрождение, которое действовало в ограниченный период времени.

Этот момент я научился обходить силой шамана – то есть прямым призванием духа погибшего. Здесь было важно расстояние – если дух слишком далеко от места каста – ничего не выйдет. Всё это нужно как-то объединить так, чтобы возродить тех, кто мне дорог. И чтобы пустота не повредила никому рассудок от контакта с моей магией.

Особенно, если в моей формуле возрождения будет эта стихия…

Так, я уже закапываюсь в детали. В целом, план Ректора меня устраивал за неимением лучшего. Осталось только воплотить его в реальность. А за это время мне нужно разработать такой ритуал, который сможет сработать в другом мире.

Основываясь на разработках Ректора, и всех историях о прошлом прорыве пустоты в мире-темнице, мне нужно создать рабочий ритуал возрождения без привязки по времени.

Пока что так действовала лишь пустота, замещая собой всё то, что успело исчезнуть за время смерти.

Теперь я понимал, откуда взялась опасность использования реставрации на тех, кто погиб слишком давно – если душа уже покинула тело и ушла в загробный мир, остаётся лишь крупица генетической памяти в костях, а всё остальное заменит проклятая стихия. То есть на выходе получаем пустотную тварь с едва заметными чертами бывшего человека. И ничего от реальной сущности.