Багряный рассвет

– Панические нотки в его голосе были красноречивее самих слов.

- Так что же всё-таки происходит? – спросил Моран, когда отряд выбежал из склада, оставив двери распахнутыми настежь.

- Ничего хорошего, - буркнул Хэнкс, который, не смотря на свою хромоту, не уступал никому в беге. – Звонит колокол на часовне. И, поверьте мне, это самое паскудное, что могло произойти.

Отряд выбежал на Торговую улицу, широкую и выложенную камнем, ведущую прямо к Западным воротам. Самая короткая дорога.

- Что такого в этом звоне? – допытывался Рид, следя, чтобы Нолан не отставал. – Почему мы наплевали на все предыдущие запреты?

- Когда звонит колокол, все ловушки и чары в Дюфане пропадают, так-этак. Вот только выползает что похуже! – свистя при каждом вдохе, прохрипел Юрэк.

Колокол на часовне всё звенел и звенел, мерно и безостановочно, будто сумасшедший звонарь добрался до любимой игрушки. Это было биением какого-то гигантского сердца, а возможно, даже гимном Мертвого Города.

Он сотрясал воздух, бил по ушам и нервам. И тогда, неожиданно для себя, Моран вдруг понял, о чем поет колокол. «Вставайте!», звенел он. «Просыпайтесь! Время сна окончено! Встаньте и идите!». От этого осознания мальфара пробил озноб.

Дальше отряд бежал молча, экономя дыхание. Где-то на середине пути до ворот, они увидели первых «разбуженных». Эти человекоподобные существа с трудом поддавались описанию. Вроде бы ходячие трупы, вот только совсем целые и не тронутые разложением.

Они являли собой сосредоточение серости. Их тела, их одежда, все было неестественно серым, лишенным любых других красок и оттенков. Они показывались из дверей домов, окон, переулков. Еще слишком сонные и слишком медлительные. Но оскаленные рты и горящие глаза вполне определенно говорили об их намерениях.

- Это же жители! Жители Дюфана! – в испуге крикнул Нолан.

- Они самые, - бросил капитан. – Береги дыхание, пацан.

По всей видимости, существа жаждали крови нарушителей спокойствия. Тварей становилось все больше и больше. Они напирали по бокам, трусили следом, тянули руки к искателям и мальфарам, которые бежали со всех сил, стараясь держаться по центру улицы. Каждый в отряде понимал, что шансов выбраться живыми с каждой секундой становилось все меньше. Игольчатое ушко, через которое они пытались проскочить, грозило вот-вот закрыться.