На кончиках пальцев 2. Три Короля.

Там нас и ждут уже поди...

— Дружили? — удивился худой. — Ну раз дружили, подойди дорогой, обними дружбана.

— Гвалт. — прошептал я ему. — Не надо с ним обниматься. Ты руки расставишь, а он тем кожаным ремешком под дых заедет. Вон как, крепко пальцы сжал.

— Сэр Кот, да понятно, что под дых. Но вы же меня целых два дня тренировали! Отшаги, уклоны, стойка правильная. Не переживайте, я всё запомнил и как надо сделаю. Присядьте пока, отдохните. И увидите какой Гвалт молодец.

— Уверен? — посмотрел я ему в глаза. — Ты от Совы-то, не совсем оправился.

Может, давай я тут всё разрулю? Или вместе, если попрут, то кое-как раскидаем?

— У Вас, — нога. Справлюсь я... Наверное...

Не успел Гвалт расставить лапы для тесных объятий и подойти поближе к высокому глисту, как тот мгновенно зарядил ему правой в живот. И тут же добавил с левой в голову. А затем, снова кожаной кувалдой по бородатой челюсти. Гвалтушку сильно мотнуло в мою сторону, и он свалился аккурат возле моих ног.

— Бьет, как сопляк малолетний! — проскрипел сплёвывая кровь, мой немного поколоченный боец.

— Может, всё-таки я попробую? — спросил я с жалостью в голосе.

— Не... — Замотал он головой. — Сейчас я ему голову, точно откручу. Я быстро. Вспомню только, чему Вы меня там, учили-то...

Гвалтушка помчался аки бык, на красную тряпку. Но после того как худой очень ловко ушёл от его дурной атаки, заодно подставив бедняге подножку, он неуклюже плюхнулся прямо в объятья пятёрки стоящих сзади рыболовов. Те пинками и плюхами вытолкали его прямо под размашистый боковой удар, шустрого глиста.

Но на удивление, мой начинающий боец выстоял! И всё же вспомнил пару приёмов, что я вдалбливал в его бородатую башку, последние два дня.

— Отшаг, — уже хорошо! — комментировал я для себя, его неуклюжие действия. — Ну вот, молодец! Уклон, удар! Мимо... Ничего! Не отступай... Ты же больше его. Давай, поддавливай... Эх! — это отскочивший в сторону словно теннисный шарик, его высокий соперник без проблем приложил прямо на скаку, моего начинающего боксёра-тяжеловеса, своей длиннющей, костлявой и очень резкой рукой, боковым в челюсть.

.. Гвалтушку снова понесло к моей порядком испереживавшейся персоне.

— Гвалт, братишка, ты как? Может, уже хватит? — пытался я вразумить моего товарища.

Стоя на коленях и сплёвывая вытекающую со рта длиннющую, кровавую, слюнявую массу, он устало покачал головой.

— Я, в-в порядке... — выдавил он из себя. А затем и вовсе рухнул мордой в еле проросшую траву.

«Ну вот. Приехали...