Клан

Пока тиаматцы подпитывали эгиды, Стриж и Арес делали всё, чтобы сдержать тварей и не дать тем окружить группу.

Это удавалось не всегда и тогда на помощь приходили Кречеты.

Пару монстров подхватил небольшой смерч и швырнул в магический огонь. Горящие заживо, они взвыли так, что их сородичи на миг замешкались, сбив ритм атаки.

Воспользовавшись моментом, вперёд вышли тиаматцы, выкачавшие своих жертв досуха. Теперь настал черёд Лёхи и Ареса нанизывать на клинки чешуйчатые туши и утаскивать тех в тыл, нервно отсчитывая секунды, пока эгиды напитываются энергией, и поглядывая на поле боя.

Дела у Мии и Максимилиано шли не очень.

Опыта в боевом применении эльфийских экзоскелетов у них не было, так что демоны наседали толпой, воспользовавшись численным перевесом. Стриж уже собрался вмешаться, когда на помощь вновь пришли Кречеты.

«Артиллерийская поддержка» в виде Райны и Дарана быстро сократила поголовье чудищ до приемлемого количества, дав возможность убедиться, что боевая магия ничуть не хуже миномёта или автоматического гранатомёта.

Пусть и использует для поражения живой силы противника стихии, а не осколочно-фугасные боеприпасы. Особенно впечатлила принесённая ветром горящая ветка, пришпилившая одного из демонов к земле, словно насекомое булавкой.

Пустотники успели пригвоздить по пять противников прежде, чем в разломе появился силуэт чего-то здоровенного.

— Закрывай! — одновременно заорали Лёха и Даран.

Сияние в воздухе угасло, оставив на прощание рогатого демона метров четырёх в высоту и стайку церберов у его ног.

Даже сквозь гул пламени и голоса тварей отчётливо послышался одновременно испуганный и восхищённый мат Мии.

А вот Стриж её чувств не разделял. Рогатая тварь для них представляла такую же угрозу, как танк для не окопавшейся пехоты в его родном мире. И, как танк, уничтожить монстра нужно было в первую очередь.

Но прежде чем он успел подать команду, демон наклонил уродливую голову и издал чудовищный вой. В голову словно вбили десяток раскалённых гвоздей, а затем несколько раз провернули.

Упав, Лёха сжался в клубок, надрываясь криком. Частью рассудка, сохранившего ясность, он осознал, что рядом лежит и вопит от боли Миа. Стены огня больше не было. В груде металла неподалёку он с запозданием узнал Робина, сброшенного обезумевшим от ужаса конём. Чуть дальше упрямо пытался подняться на ноги Арес, вспахивая промёрзшую землю судорожно шевелящимися крыльями.

К нему, оскалив пасти, уже бежала стая церберов.