За горсть монет

После единого пинка петли сорвались и дверь скрылась в мраке прохода. Впервые, хоть и мысленно, поблагодарив напарницу, Гэб бросил уже треснувшие руды во второй коридор, в конце коего показалось лицо Зарека, что, в отличии от оного наемницы, было раскрасневшимся и угловатым, с карими волосами, закрывающими лоб, при том не мешающими увидеть на нем морщины от напряжения.

Перед взрывом, обвалившим проход, за спину Гэбу успел залететь игольчатый камень и взорваться изнутри. Пара осколков застряла в слоях одежды, но один больно впился в скулу, а второй пробил щеку.

Выплюнув его наемник почувствовал слабоватый железный привкус. Как только он вошел в коридор вслед за авантюристкой, волна жара обдала спину, дав понять, что завал Зарека не остановил.

Влетев в следующий зал, переходящий в пещеру, Гэб остановился. По центру протекал ручеек и вел к каменной плите, преграждавшей выход наружу. Рядом с ней и стояла девушка, что, вонзив в камень когти и подталкивая его темными столбцами, медленно но верно поднимала монолит.

-Эй ты! – обернувшись, она окликнула Гэба, – Подопри плиту своими рудами!

Кивнув, он потянулся к спице, связанной со всеми бомбами вокруг замка. Как вдруг из прохода вылетел снаряд Зарека и прошил весь механизм, попутно выжегши неглубокую борозду вдоль запястья Гэба.

Авантюрист вскрикнул. Боль разгорелась, кровь хлынула в мозг и на глаза попалась нога девушки. Даже не успев задуматься Гэб выхватил клинок и полоснул им по суставу.

Та даже не успела понять, откуда настигла атака, как авантюрист юркнул в щель под плитой и покинул замок, все же не забыв прихватить доселе сидевшего под мостом Ифико. Две пурпурные полосы в полях не были замечены из-за серии ярких вспышек из-под моста, сопровождаемых душераздирающим криком.

Глава 11. Последствия чужих ошибок

Еще до рассвета Гэбриэл смог добраться до Торпы. За лошадью он не возвращался, а марки в обуви разрядились спустя несколько часов беспрерывного бега, потому остаток пути пришлось преодолеть собственными силами, иссякшими еще быстрее.

Еда так же осталась в трактире в Домерланах, следовательно, не взирая даже на раны, все мысли наемника были направлены на пропитание.

Попетляв по самым захолустным и безлюдным улочкам, он нашел вход подвального помещения, из которого на ступени лился свет и доносились радостные голоса. Запахи трактира удивили Гэбриэла.