Ренард. Цепной пёс инквизиции

Спины товарищей многое загораживали, но того, что он успел разглядеть, оказалось достаточно. Де Креньян сам не заметил, как по телу разлилась приятная истома, набухла и встопорщилась женилка, ноги перестали слушаться и сами понесли его вслед остальным. И чем дальше несли, тем больше его мысли занимала прекрасноликая дева.

Самая первая. С зелёными глазами, как у Аннет. Та, что сейчас миловалась у мостков. С Конопатым и ещё двумя отроками…

"Да как они смеют?!

Мерзавцы!

Вы смертью ответите!"

Ярость охватила Ренарда от макушки до пят и выжгла наваждение дотла.

Де Креньян увидел происходящее со стороны и ужаснулся греховному непотребству.

«Он уподобился таким, как они, превратился в похотливую тварь, присоединился к слабовольному стаду…»

Чувство омерзения к самому себе окончательно избавило от морока, Ренард выдохнул, обратился мысленно к Богу…

- Яви свою сущность! — выкрикнул он, вперившись ненавидящим взглядом в зеленоглазую деву, и щёлкнул пальцами.

Та в мгновение ока преобразилась. Бирюзовые волосы повисли бурыми водорослями, гладкая кожа покрылась бородавками и приобрела болотный оттенок, чувственные губы разошлись до ушей и ощерились в жутком оскале.

Отроки в испуге шарахнулись в стороны, только Конопатый, зажмурившись, всё тянул губы, требуя очередного поцелуя.

- Живо из воды, недоумки!

Два гневных крика слились в один — то наконец-то проснулись сержанты. Леджер с Реми спешили к реке, ругаясь на чём свет стоит, и на ходу обнажая клинки.

Тварь зашипела, злобно сверкнув зелёными глазищами, впилась острыми зубами в плечо Конопатому и утащила его за собой.

Раздался всплеск, над водой взметнулся осетровый хвост, напоследок осыпав всех крупными брызгами, и дева пропала, словно её и не было вовсе.

Но только она.

Её товарки возжелали свою долю добычи и с визгом накинулись на отроков, ещё не пришедших в себя.

Глава 10

- Храмовник, не пускай их обратно! — проорал Леджер, пробегая мимо Ренарда, и отвесил растерявшемуся отроку мечом плашмя по голой заднице. — Живее, дери тебя Анку! Отрастили мудя, а пользоваться не умеют!

Де Креньян, как ошпаренный выскочил на жёлтый песок, за ним потянулись те, кто оставался у мостков.

А Леджер бодрым кабанчиком ринулся в воду, как был в сапогах и доспехах. Следом с занесённым клинком в реку вломился Реми, высоко закидывая ноги, оставляя за собой пенные буруны и расходящийся клином след.

А на глубине Вилона бурлила и вскипала волнами. Твари с противным визгом наседали на отроков, те отбивались как могли.