Логик

В итоге я сделал свое пребывание в нем настоящим развлечением: это уже не мир крутил меня, как ему хотелось, мотая из стороны в сторону, а я управлял им, лепил и создавал все что душе угодно, словно скульптор. Пространство само начинает помогать, когда у тебя получаются самые элементарные вещи, ну а потом — хоть хребет горный воздвигни, хоть город построй. Так, играючи, ты учишься логике вещей и пониманию сути движения, чтобы затем принести это умение в реальный мир.

Каю мы обнаружили не сразу. Порядком поплутали по местности, прежде чем заметили одинокую фигурку скиталицы.

Та в позе лотоса смирно сидела на какой-то металлической конструкции, вся перепачканная грязью и мокрая, видно, успела побывать везде. Лицо выглядело измученным и выражало явную покорность своему нелегкому положению. Какое-то время тело ее оставалось неподвижным, затем поднялось в воздух, покружилось из стороны в сторону и, резко ускорившись, полетело вниз. Однако выражение лица не изменилось: скиталица уже поняла, что этот мир не убивает своих гостей, только испытывает.

Мы сидели на холме, притаившись за деревом.

— Сон подходит к концу, — сообщила ведьма. — Недолго ей тут осталось.

— Видимо, ничего у нее не вышло, — сочувственно сказал я, так как подсознательно все же ожидал, что она сможет овладеть этим местом. Ошибся, значит. Не логик она, и никогда им не станет.

— По всему так выходит, — поддакнула ведьма.

Время, и правда, кончалось, я чувствовал, что сон тает. Где-то далеко на окраинах мир уже начал исчезать.

Пара минут — и все, Кая проснется.

— Эх, ничего-то мы толком не разнюхали, — с досадой заключила Рова. — Ладно, давай убираться отсюда, а то исчезнем вместе с этим миром.

— Этот мир не способен убить, — возразил я.

— Пока он снится тебе, определённо. Но хозяйка здесь сейчас Кая, а не мы. Проснется — сотрет нас вместе со своим сном.

Вот оно, значит, как работает. Выходит, оставаться в чужом сне до конца, точно, не стоит. Надо запомнить на будущее.

И мы полетели к той самой двери, что парила высоко в воздухе.

Рова забралась в нее первой, я следом. И когда она уже закрывала дверь, произнося какие-то слова благодарности, я вдруг увидел, как ярко-оранжевый закат сменил свой цвет на бирюзовый. Такого оранжевый мир не делал ни разу на моей памяти.

— Смотри! Закат! — с восторгом воскликнул я, придерживая дверь.

Чаровница заулыбалась до ушей.

— Ведь может же, когда захочет! Ах, непокорная девчонка! — воскликнула она.

— Поразительно, Рова.