Покоривший СТЕНУ 2: Зов бедствия.

Может, ты и прав… - нехотя ответил я. – А может, это знак такой.

- Знак? – не понял друг. – Звучит не очень научно.

- Ахаха! А что в этом мире научно, приятель? – не выдержал я. – Здесь вообще всё – сплошь сюрреализм! Слаймы, терминалы, безумные правила в городе! Да здесь всё через задницу!

- В твоём исполнении это звучит, как что-то очень хорошее, - заметила Альма. – Ты прямо весь светишься.

Я с удивлением посмотрел на нашу рогатую целительницу. Та немного поёрзала, будто решила, что сказала что-то лишнее.

- А тебе разве не любопытно, как могло получиться что-то подобное? Неужели я один вижу, что этот мир зашёл не туда, и его нужно исправить? Думаете, создатель всего этого заранее задумывал этот город из кусков локаций, прорывы, рабовладельцев с гаремами, жертвоприношения..?

- Может, это какая-то игра пришельцев? – предположил Рейн. – Похитили людей, засунули в эту хрень, поставили терминалы и скрытые камеры. И смотрят теперь реалити-шоу с попкорном.

- Не знаю, Рейн… Знаешь, будь здесь только терминалы – я бы тоже так подумал.

- Ну, предположим, усиленный скелет или регенерацию вроде бы люди уже сейчас могут делать. Здесь просто немного быстрее.

- А что скажешь про мой буйный рост? Или лучше, про вампиризм Тии.

- Ну.. технологии на определённом уровне неотличимы от магии. Покажи пещерному человеку мобильный телефон, и ему кошмары потом будут сниться.

- Может быть ты и прав, - нехотя согласился я.

Действительно, у всей этой магии пока что находятся хоть какие-то логические принципы. Но блин, призывы демонов из ниоткуда и жертвоприношения – это уже совсем не вписывается в научную фантастику.

Но спорить об этом сейчас не хотелось. Скорее, хотелось успокоиться и обдумать всё как следует. Наверное, я и в Стену рвался в первую очередь для того, чтобы не думать, а заняться делом.

А теперь впереди длинная ночь, и спать мне совсем не хотелось. К тому же, кто-то должен за всеми присматривать…

2. Романтика, которую сложно так называть.

Тия не спала. С некоторых пор она не могла уснуть в темноте. В сон клонило только на ярком свету, а в темноте наоборот, все чувства обострялись.

Вот Альма и Рейн спали, как убитые.

Я же оставался дежурить.. и думать.

На ладони было семечко цветка из самой первой комнаты.