Наследник Бури

- Но только Чтец может читать память!

- Ты думаешь, я этого не предусмотрел? – усмехнулся я, хоть и не врубался, что это, собственно, значит. – У вас был только один шанс подловить меня, другого не будет. И поверь, я буду очень благодарен, если ты дашь мне повод. С Куропатовыми я и так разберусь, а ты… - я позволил голосу звенеть от ярости. – Дай мне хоть крохотный повод сомневаться в твоей лояльности, повод утолить жажду мести, и клянусь, - я ткнул его пальцем, - твоей смертью дело не закончится. Слово Аронова.

Парень растерянно бегал глазами, думал. Стоило бы надавить сильнее, но слишком много шума и слишком очевидные увечья не сыграют мне на руку.

- Ты не понимаешь! Если Куропатов отменит контракт, мы будем разорены. Это хуже смерти…

- Нет ничего хуже смерти. Чем, говоришь, промышляет твой батюшка?

- Строительство и демонтаж.

- Хорошие строители?

Он невнятно пожал плечами.

- Говорят, что неплохие.

- Поступим так. Будешь сидеть тихо и фильтровать базар. Это, - я ткнул пальцем в разбитый нос, - объяснишь пьяной дракой.

Разумеется, не со мной. Ну а когда я решу использовать твоё свидетельство, то не волнуйся о контракте. Род Ароновых предложит тебе новый.

- Возле Вихря…?

- Там, где это потребуется. Но сначала, заслужи свою косточку.

Поднявшись, я выглянул в коридор. Тишина. Не найдя в планшете блокнот, под диктовку избитого парня, я записал в календаре две фамилии. Крепыш Алёша Живцов, и Эдик Тузюмов, последний из троицы, тощий парнишка.

Позволив парню умыть лицо, я наблюдал за ним.

Его потряхивало, глаз дёргался, хоть и повреждения не были такими уж критическими. Достаточно запугал? Хорошая взятка? Этого я предсказать не мог. В этом проклятом мире мне всё в новинку, первое время придётся действовать наугад. Однако, смерть и деньги – товар, который везде в ходу.

Я проследил за Алёшей, пока тот не скрылся за поворотом коридора, после чего спрятал смятую урну в кабинку и уже собирался уходить, но едва приоткрыв дверь, услышал знакомый голос.

- …что я могу сделать? Я в точности следовал указаниям! – голос принадлежал Семёну.

- Слухи уже просочились в высшие круги, это недопустимо!

Второй голос оказался грубее, ниже. Дождавшись, когда звуки стихнут, я выглянул из уборной и успел заметить спину высокого, сгорбленного мужчины. Бесшумно ступая, я добрался до угла и навострил уши, прижимаясь к стене.

- У меня мало времени, - хрипло произнёс мужчина, зашедшись в кашле.