Наследник Бури

Особенность вашего родового дара, способность поглощать эфирную энергию, казалась ключом, однако… Существенные ограничения вынудили нас отказаться от этой теории.

- И вы надеетесь, что я лучше отца?

- Мы не надеемся, мы исследуем. Также, как и с Вашим отцом, эксперименты могут показать отрицательный результат, и тогда для волнений не останется причины. Вы вернётесь в родовое имение и вскоре забудете наш разговор.

- Это было бы прекрасно.

Довольный беседой, магистр открыл дверь, пропуская меня. Мы вышли в атриум, и он заметил, что я с любопытством разглядываю ансамбль из пяти постаментов, один из которых пустовал.

- Культурное наследие нашей империи. Каждая статуя символизирует виток в развитии, - он поочерёдно указывал на скульптуры, - сражение с Вихрем, восстановление государства, освоение эфира, и основание Магистерия.

- Пустой постамент приготовлен для Мессии?

- Верно! Рад, что Вы поняли. Возможно, факультативные занятия по истории изменят Ваше мнение. Магистерий не враждебен аристократии, мы просто инструмент на службе империи.

Церемонно попрощавшись возле лифта, магистр пялился на нас с Лерой, пока лифтовые двери не скрыли его фигуру. Инструмент, говорит… Сдаётся мне, они скорее считают себя кузнецами, этот инструмент выковывающими.

- Как всё прошло?

- Могло быть и хуже… Я ещё не опаздываю на испытания?

- Времени с запасом. До павильона недалеко, пятнадцать минут.

Спустившись на первый этаж, мы вышли из главного корпуса, и щурясь от солнечного света, я оглядывал территорию.

Редкие прохожие были слишком заняты своими делами, чтобы обращать внимание на двух подростков. Местные и не очень, они варились в жизни Академии, обслуживали её, жили ею. И ведь это только часть владений Магистерия.

Так кто же был инициатором, магистр или Куропатов-старший? Сомневаюсь, что какому-то графу, даже такому влиятельному, удалось собрать достаточно денег для подкупа такой внушительной организации, но и подчинение целого рода – задачка не из лёгких.

- Почти пришли, - Лера указала на крытый павильон без окон, издалека напоминавший здоровенную шайбу. – Как думаешь, сколько процентов выжмешь?

- Не больше семидесяти, - твёрдо решил я, вспоминая слова Михайлова.

Я не боялся боли, которую причинит испытание, я всерьёз опасался того, на что способен мой организм.