Пустота под масками

Мама молча поставила перед ним тарелку с яичницей и села напротив. Ожидая начала утренней молитвы, Денис не прикасался к вилке, но мама уже начала ковыряться в своей еде. Он последовал ее примеру и положил первый кусок в рот. Женщина тут же отложила приборы и начала молиться громким шепотом. Достаточно тихим, чтобы дать понять, что делает она это исключительно для себя, не навязывая свой распорядок Денису. Но и достаточно громким, чтобы тот слышал молитву и понял, что начал есть, не поблагодарив господа за дары его.

«Хочет показать всю глубину моего падения».

Первую половину дня Денис старался не выходить из комнаты: статус холодной войны с матерью давал ему некую гарантию покоя. Но все это время над ним будто висела здоровенная гиря. Когда и как именно она его пришибет, он не знал, но ему хотелось, чтобы она ударила уже поскорее и освободила его от этого чувства. Как далеко за два дня он отошел от желанной свободы? Сколько еще сил придется приложить, чтобы вернуться к прошлому уровню? Нужно было как-то отвлечься от этих мыслей, и его разум тут же выбрал новую цель размышлений – Вику.

Денис вспомнил воздушный, едва уловимый образ и зацепился за него, как за спасательный круг. Где же она учится? Мама сказала вчера: «Это школа на тебя так влияет». Если Вика в ее глазах остается идеальным ребенком, значит, она учится не в нашей школе. Мать не посмела бы сказать что-то, что могло быть использовано против дочери отца Михаила. Значит, она учится в другой школе? Или на домашнем обучении? «Про это мама тоже говорила как об очень хорошей идее…» Получается, что шансов случайно встретить Вику почти нет. Скорее всего, отец полностью контролирует ее жизнь.

«Да, как же! – подумал Денис, вспомнив о татуировке. – Он вдовец, а она уже совсем взрослая и одевается скромно. Отцу просто негде увидеть дочь без одежды, если он, конечно, не конченый извращенец», – остатки религиозности недоуменно всколыхнулись в нем от таких мыслей, но Денис тут же задавил их, отрубив все тянувшиеся к нему из глубины подсознания щупальца.

Он взял рюкзак с парой учебников, прошмыгнул мимо дивана, на котором перед телевизором сидела его мать. Прежде чем женщина успела понять, в туалет идет ее сын или к выходу из квартиры, он буквально запрыгнул в кроссовки и вышел за дверь. Направился он к храму общины, где служил отец Михаил. Столкнуться с Викой он не надеялся, но и домой не особо спешил.